Эркюль Пуаро

Выбитая из колеи, со страшно стесненным сердцем, не в силах собраться с мыслями, она направилась к дому.

Прежде чем переступить порог, она помедлила... ей хотелось избежать нежностей матери, ее вопросов... матери, способной занять пятьсот фунтов у людей, которых презирает.

«Мы не имеем права презирать Розалин и Дэвида, – думала Линн, тихо пробираясь к себе наверх. – Мы такие же, как они. Готовы сделать все что угодно, абсолютно все ради денег».

Она постояла в своей комнате, с любопытством разглядывая свое лицо в зеркале.

«Совершенно чужое лицо», – думала она.

Внезапно ее охватил приступ гнева.

«Если бы Роули действительно любил меня, – пронеслось в голове, – он сумел бы достать эти пятьсот фунтов. Сумел бы, непременно сумел. Он не позволил бы мне чувствовать себя униженной перед Дэвидом... Дэвид сказал, что позвонит мне, когда приедет в Лондон...»

Она сошла вниз как во сне. «Сны, – думала она, – бывают очень опасными...»

ГЛАВА 14

– Наконец-то ты вернулась, Линн, – с облегчением произнесла Адела.

– А я и не слышала, как ты вошла. Давно ты уже дома?

– Целую вечность. Я была наверху.

– Лучше говори мне, когда возвращаешься. Я беспокоюсь, если ты гуляешь одна в темноте.

– Ну что ты, мамочка, разве я не смогу, в случае чего, за себя постоять?

– В последнее время в газетах сообщалось о таких ужасах. Эти демобилизованные пристают к девушкам.

– Наверно, девушки сами хотят, чтобы к ним приставали.

Она улыбнулась довольно грустной улыбкой. Да, девушки хотят острых ощущений.

Кому, в конце концов, нужна безопасность?..

– Линн, дорогая, ты не слушаешь меня?

Усилием воли Линн заставила себя вернуться к действительности. Мать все это время о чем-то говорила...

– Что ты сказала, мамочка?

– Я говорила, дорогая, о подружках на твоей свадьбе. Надеюсь, они смогут сшить себе платья на свои талоны. Хорошо, что и ты получила эти спецталоны при демобилизации. Мне ужасно жаль тех девушек, которые выходят замуж, ничего не имея, кроме обычных карточек.

Им, бедняжкам, приходится довольствоваться своими старыми вещами и теми пустяками, которые можно купить по карточкам. А ты, Линн, право, счастливая. Если учесть, что у всех нас почти не осталось приличного белья, то тебе, конечно, повезло.

– О да, очень повезло...

Она беспокойно ходила по комнате, брала в руки какие-то предметы, снова ставила их на место.

– Почему ты так нервничаешь, дорогая? Мне делается как-то не по себе.

– Извини, мамочка.