Леди Феникс

Дед рвался дежурить по ночам, я едва отговорила его, сославшись на то, что в ближайшее время умирать не собираюсь. Ритка принесла в сумке Сашку, и он счастливо устроился на постели рядом, пока не явилась медсестра и с возмущением не выгнала его вместе с Риткой. Наведывались, конечно, и следователи, хотели знать, кто меня похитил из больницы и как я оказалась на остановке. Тут я им ничем помочь не могла, раз все это время пребывала в беспамятстве и очнулась как раз на этой самой остановке. Лечащие врачи окончательно все запутали, засвидетельствовав, что помощь мне оказали квалифицированную, так что выходило: выкрали меня, чтобы подлечить.

Вешняков и Дед тоже вопросы задавали, но у меня и для них был тот же ответ. Лялин ничего не спрашивал, похлопал меня по руке и сказал:

— Выглядишь расчудесно.

— Брось врать-то.

— Может, для кого-то и не очень, но я б тебя и такую полюбил, прямо сейчас.

— С любовью незадача.

— А куда спешить, я подожду.

— Да ладно, ты только обещаешь.

— Значит, ты была права, — посерьезнел он и погладил мою руку. — Ты и сейчас права, девочка. Ты все сделала правильно.

Народ приходил, уходил, опять приходил, но Тагаева среди них не было. Я могла бы позвонить ему, но почему-то не решилась. В конце концов не выдержала и спросила Вешнякова:

— Что Тимур?

— Давай об этом потом, — нахмурился он, — когда ты окончательно выздоровеешь.

— Что с ним? — испугалась я. — Он жив?

— Чего ему сделается?"

"— Вешняков, не поднимай мне давление, объясни, в чем дело.

— Спятил твой Тимур. Окончательно и бесповоротно. В дурдоме ему самое место.

— Допустим. А поконкретнее нельзя?

— Давай я лучше потом… ведь все равно узнаешь.

— Вот именно. Лучше сейчас.

— Ну… — перевел он дух, все еще сомневаясь, стоит ли рассказывать, — когда все это случилось… в общем, видно, у него в самом деле крыша поехала.

— Собрал всех рыночных с фамилией Каримов, вывез за город и раскатал своим ""Хаммером"".

— Как раскатал? — растерялась я.

— Колесами, естественно, до кровавого студня. А Каримов, между прочим, фамилия не такая уж редкая.

— Он что, с ума сошел? — пробормотала я.

— А я про что говорю? Совершенно озверел. Бандит, чего с него взять.