Лазоревый грех

Если мне не удается убежать от своих страхов, у меня есть склонность их убивать. Пока что эта стратегия приводила к успеху.

— Что именно я сделала? — спросила я, и голос был сдавленным. Пальцы Дамиана ласково разминали мне плечи — даже не массаж, а напоминание, что он здесь.

— Ты его повернула против меня.

— Нет, — возразила я. — Ты сама это сделала за несколько веков до моего рождения.

Текучая маска снова шевельнулась под кожей Мюзетт. Наверное, если дотронуться до ее лица, я бы нащупала что-то, чему там не место.

— Я его взяла в свою постель. Чего еще можно было бы желать от Белль Морт?

— Ты показала ему, чего стоит твоя любовь, когда вышвырнула из своей постели Ашера.

— Какое отношение имеет судьба Ашера к любви Жан-Клода?

Если бы такое спросил кто-то, знающий их обоих, это было бы курьезно. То, что такое смогла спросить та, что породила их обоих, пугало и огорчало.

— Тебе следует нас покинуть, Белль, — сказала я.

— Почему? Чем я тебя расстроила?

Я покачала головой:

— Слишком долго перечислять, Белль.

— Я не понимаю этих слов.

— Вот именно, не понимаешь, — вздохнула я.

Она уставилась на меня. Рука ее поднялась, будто собираясь коснуться моего лица.

— Если ты меня тронешь, — предупредила я, — мы проверим, сможет ли Мюзетт жить без сердца.

— Чем прикосновение моей руки хуже соприкосновения наших тел?

— Спишем на интуицию, но я не хочу, чтобы ты трогала меня намеренно.

— Мы еще увидимся с тобой, Анита. Обещаю.

— Да-да, я знаю.

— Кажется, ты мне не веришь?

— Верю, просто не стану слишком на эту тему перегреваться.

— Перегреваться? — переспросила она.

— Она хочет сказать, что не может слишком расстроиться из-за твоей угрозы, — пояснил Жан-Клод.

Белль снова повернулась ко мне:

— Почему?

— Слишком многие вампиры мне грозили. Просто не хватило бы времени каждый раз впадать в панику.

— Я — Белль Морт, член Совета высших. Не следует меня недооценивать.

— Ты это скажи Колебателю Земли, — предложила я. Был такой член Совета, который заявился в наш город когда-то. И погиб.

— Я не забыла, что Жан-Клод убил члена Совета.

На самом деле убила его я, но чего придираться?

— Белль, прошу тебя, уйди.