Лавка редкостей, или Наташа, ты попала!

И вынырнул из печки целиком.

— Просто ставь! — велела она, ткнув призрачным пальцем в огонь. — Все само устроится. Давай!

Последнее слово прозвучало, как приказ. Я поспешно ткнула кастрюлю в печной зев, разжала пальцы и, на всякий случай, шарахнулась в сторону. Кто его знает, вдруг промахнулась? А ходить в мокром платье ой как не хотелось.

Но нет. Все прошло как по маслу. Кастрюля зависла в воздухе, наглым образом игнорируя всемирное тяготение, потом чуть приподнялась и подвинулась вбок, освобождая место для новых котлов-сковородок.

Класс! Я радостно потерла руки и выпалила новый вопрос:

— А как увернуть огонь?

Бабуля открыла рот, хотела было вновь отпустить колкость, но передумала.

— Просто прикажешь, когда будет нужно, — услышала я.

— И все? Спасибо!

Магия этого мира нравилась мне все больше и больше.

Глава 18.2

Дальше я переделала кучу дел: разобрала покупки, нарезала для супа лук и зелень, разделала рульку, поставила варить яйца. Как только в большой кастрюле закипела вода, кинула туда копчено мясо, добавив для навара косточку.

После метнулась рысью к Марте за хлебом и инструкцией, что делать с пивной гущей. Но кофейня уже была полна клиентов, поэтому вместо инструкций я увидела знак подождать.

Марта быстренько вынесла из подсобки глубокую деревянную миску, поверх которой лежал свежий каравай, завернутый в чистое полотно. На сгибе локтя второй руки она удерживала пузатый светло-зеленый кабачок.

— Вот, держи. Здесь тесто, уже готовое, и хлеб. Приходи вечером, расскажу все в подробностях и покажу, как управляться с закваской.

— Это тоже мне? — уточнила я про кабачок.

— Тебе. Бери, пригодится, у меня их знаешь сколько! — сунула она мне все разом и немедленно убежала к очередному столику.

На меня нахлынуло чувство дежавю. Дома обычно так же по осени все отдавали друг другу кабачки. Удивительно все-таки, как похожи наши миры.

Я попробовала было уложить подарки так же легко и ловко, как это делала Марта, но не преуспела. С грехом пополам перехватила кабачок одной рукой, подперла им каравай, обняла миску и сообразила, что дверь открывать уже нечем.

— Благодарю, — кивнула им я и шмыгнула восвояси, чувствуя спиной оценивающие взгляды.

А вот была бы у меня нормальная сумка, не пришлось бы таскать как попало продукты. Поэтому я твердо решила: «Приду и прямо сейчас и займусь своей задумкой».

Как бы не так. Прямо сейчас растянулось на три часа.