Ларс

– Владения не мои, а моего отца, – поправил я его, – а приглашала Эса по моему настоянию.

– Говорят, что ты, княжич, с того света людей возвращаешь, – лекарь прищурился.

– Да многое могут говорить, – я покосился на Эсу, – да не всему же верить надо.

– И то верно.

– Ларс, – представился я, протягивая руку.

– Эдик, – чуть растерянно ответил лекарь, ответив на рукопожатие.

Здесь не принято жать руки при знакомстве. Друзья обнимаются, остальные отвешивают поклоны и кивки. Он же пожал мне руку, как это принято в моем времени.

– Мне сказали, что тебя зовут Метик, – я решил прояснить непонятный момент.

– Впервые я представился людям как медик, они услышали – Метик. Так уж получилось, что имя Эдик простым крестьянам сложно запомнить, не Эдуардом же меня называть. Поэтому Метик – это нормально, – закончил лекарь, широко улыбаясь.

– Как давно ты впервые представился людям? – подбирая слова и поглядывая на Эсу, спросил я.

– Уже пять лет прошло с того момента, – ответил Эдик, принимая игру.

Я попросил Эсу и Агу оставить меня наедине с лекарем и прошелся с попаданцем вдоль берега. То, что это такой же попаданец, что и я – факт.

Сегодняшнее утро выдалось на редкость теплым. Я шел с Эдиком и удивлялся его рассказу. Он был настолько невероятен, что я никогда бы ему не поверил, если бы сам не был попаданцем. С каждым мгновением мне казалось, что все, что со мной происходило – это цветочки по сравнению с тем, что пережил мой товарищ по несчастью.

Глава 17

Хольмград, лето 826 г.

Медик Метик-Эдик рассказал, что «попал» сюда с 2026 года, с Третьей Мировой Войны. Сказать, что мне поплохело, это – ничего не сказать. Из рассказа Эдика, я узнал, что после моего «попадунства» с начала 2020 года, была какая-то мировая эпидемия, о которой я краем уха что-то в новостях слышал еще до попадания. Был мировой коллапс, который подорвал мировую экономику и чуть не уничтожил туризм. И только все начало налаживаться, как в 2022 году началась некая спецоперация России в Украине, которая привела к тому, что против нашей страны, словно сговорившись, разом отгородились все европейцы, американцы и даже японцы.