Лабиринт Ванзарова

Способности одного человека МВД не заинтересуют. На встрече доктор Котт схитрил: сказал, что изобрел машину телепатии, которая позволяет угадывать мысли. Он был уверен в своих способностях телепата. Нужен был лишь прибор странного вида, который придаст весомости его словам. Котт не сомневался, что высший чиновник не разбирается в телепатии, но захочет видеть мысли других людей. С этим он пришел к Чухонцеву: одолжить аппарат ясновидения. Поначалу Чухонцев, вероятно, отказался, посчитав применение его изобретения в качестве обмана оскорблением.

Ванзаров взял паузу. Сергей Эрастович слушал, как кролик под гипнозом. Или как внучок слушает сказки бабушки.

– Что же дальше? – спросил он.

– Котт совершил ошибку, – продолжил Ванзаров. – Не учел, что Чухонцев – психически нездоровый человек, подверженный приступам бешенства. Это его погубило.

– Кто же приходил к вам в сыск?

– Николай Петрович Чухонцев. Предъявил паспорт на имя Николая Петровича Котта с пропиской, как положено. По нему получил деньги в кассе МВД. Нам демонстрировал свой аппарат. Особо подчеркнул, что занимается ясновидением, а не телепатией.

– А как же жена Котта? Она ничего не заметила?

– Ее убили 22 декабря. Бывший филер Почтовый узнал про аппарат доктора Котта, захотел получить его. – Ванзаров умолчал о своих подозрениях. – Если бы не эта случайная смерть, жену Котта убил бы Чухонцев.

Зволянский вздохнул, будто очнулся.

– Родион Георгиевич, как вас понимать? Вы же говорили, что были положительные результаты экспериментов?

Ванзаров согласно кивнул.

– Чухонцев болен раздвоением личности. Он рассказывал преступления, которые совершил сам. Одна половина его личности хотела наказать вторую половину, больную и несчастную.

– Почему несчастную?

– Много лет назад на глазах Чухонцева погибла молодая жена, он вообразил себя виновником ее гибели, моряком Шварцем.