Лабиринт Ванзарова

Сможете определить: она на снимке?

– Конечно, где старику Лебедеву праздновать, как не в морге, – сказал он, забирая снимок. – Откуда у вас рамка и какое имеет отношение к делу?

– Одолжил снимок у доктора Котта, – глаза Ванзарова сияли честностью. – Это его жена в молодости. И он сам, вероятно, лет двадцать назад.

– Умыкнули снимочек-то? Ай-ай-ай, как некрасиво, – обрадовался Лебедев. – Не зря говорю, что вы жулик… Если жена в морге, почему Котт помалкивает?

– У него в прихожей… – Ванзаров замялся, – нашел скомканную записку.

– И он молчал?

– Никакого намека.

– Что же выходит… – Аполлон Григорьевич не мог подобрать слов. – Котт не отдал аппарат, пожертвовал супругой? Какая сила воли… Какая целеустремленность… Ну и ну… Он, конечно, сумасшедший, но вызывает уважение… Принес жертву… Хоть на что-то жена сгодилась.

– С годами доктор Котт несколько изменился. Не находите?

Лебедев еще раз глянул на снимок, прежде чем тот исчез в глубинах пиджака.

– Жизнь непризнанного гения оставила следы. Уговорили, еду.

Подхватив саквояж, Лебедев развернулся к двери. Она распахнулась под грохот кованых сапог. Вошел жандармский ротмистр в сопровождении трех агентов.

– Господин Ванзаров, прошу следовать за мной.

– В чем дело, господин Мочалов? – бесстрастно ответил Ванзаров.

– Вы арестованы.

– С ума сошли, Мочалов? – добродушно спросил Аполлон Григорьевич. – Кого арестовывать собрались? Это Ванзаров.

– Прошу не вмешиваться, господин Лебедев! – последовал окрик. – Иначе не посмотрю на ваши заслуги… Ванзаров, руки за спину… На выход…

Ротмистр расстегнул застежку кобуры. Чтобы не осталось сомнений в его решимости.

– Все хорошо, Аполлон Григорьевич, – сказал Ванзаров, сунув руки в карманы пальто.

Следовало ожидать бурную тираду, но ее не последовало.

– Ну-ну, посмотрим, – бросил Лебедев и вышел из участка.

На улице ждала тюремная карета. Ванзаров залез внутрь, за ним последовали ротмистр и агент. Двое других разместились на козлах. Карета тронулась.

Сквозь решетку Офицерская улица выглядела непривычно. Ванзаров заметил пролетку, что подъехала и встала на другой стороне.