Лабиринт Ванзарова

Оказывается, трезвый дворник хуже пьющего: докладывает обо всем. Это его обязанность. И без него соглядатаев хватает. Ванзаров перестал замечать филерское наблюдение, которое никуда не делось.

– Что случилось, Анатолий Борисович?

– Пристав очень просил вас прибыть к Никольскому рынку.

– Кого убили? – спросил Ванзаров, предположив, что воровской старшина снят с должности. Иначе пристав Минюхин разбирался бы самостоятельно.

– У рынка нашли сани-волокуши, в них три трупа: двое молодцов и мужик-возница. Убиты ударом ножа.

– Кто полицию вызвал?

– Вроде какой-то старьевщик… Так съездите? Пролетку предоставлю.

Ванзарову надо было найти причину задержаться в сыске.

– Господин Лебедев еще не прибыл?

Иванов выразил удивление.

– Кто ж посмеет такого человека по пустякам беспокоить.

– Скоро прибудет. Вместе с ним отправимся, – и Ванзаров запросил свежие сводки участков и со вчерашнего дня, которые не успел просмотреть.

Иванов выложил стопку депеш, рассылаемых полицейским телеграфом. Среди обычных краж и безобразий Ванзаров обратил внимание на донесение 2-го участка Адмиралтейской части: на Галерной улице был найден мертвый лихач, сидевший на облучке.

Нашлось и другое, странно похожее сообщение от 1-го участка Коломенской части.

Сообщение по 3-му Казанскому Ванзаров прочел особо внимательно: ночью был разгромлен магазин Альберта Ликфельда на Вознесенском проспекте, торгующий зеркалами.

– Какие подробности? – спросил он, показывая сообщение.

Иванов позволил себе усмешку.

– Господин пристав заявление принял, но заниматься не будет, – доложил он будто сплетню. – Дело-то привычное: торговец рассчитывал распродать товар на праздник, особенно небольшие круглые зеркальца, что дамы для гаданий используют. Торговля не пошла. Он и устроил представление. Дескать, ночью воры пролезли и побили зеркала. Товар наверняка застрахован.

Обсудить хитрость торговца зеркалами не пришлось. В участок ворвался Лебедев.