Лабиринт Ванзарова

Как ребенок, который не может остаться без развлечения, то есть дела.

– Когда наступила смерть? – спросил Ванзаров так тихо, чтобы Стефансон не мог разобрать. Хозяин паноптикума послушно переминался с ноги на ногу, где ему указали.

– Более двенадцати часов назад… Фокус со свечкой здесь у вас не выйдет.

– Не имел намерения, – согласился Ванзаров. – Свеча погасла, когда дверь захлопнулась за тем, кто ушел. Иначе мог сгореть и паноптикум, и дом. Причина смерти?

– Асфиксия, ваше благородие, – ответил Лебедев, не любивший, когда его допрашивали.

– Оглушили?

– Похоже на то. Точнее скажу, когда осмотрю в нормальных условиях.

– Шнурок снова оторван от шторы?

– Вам виднее, друг мой, у кого в доме столько штор, – Аполлон Григорьевич подмигнул. – Убитый – однофамилец купца Морозова?

– Вероятно, его сын.

– Готов согласиться. Фамильные четы очевидны: форма носа, лоб, скулы, бородка. Ну и главное: оба мертвы, – Лебедев остался доволен шуткой.

Ванзарову было не до того.

– Сын лишен наследства.

– Понимаю папашу. Набор отмычек и колода карт до добра не доводят. Странно, но по нашей картотеке молодой человек еще не проходил.

– Возможно, это ему уже не грозило.

– Странно такое от вас слушать, друг мой… Если не попался до сих пор, шалить ему оставалось недолго. Да вот, хотя бы Стефансон подал бы жалобу…

– Перед походом в четвертое измерение купец Морозов поменял завещание. Все оставалось сыну.

– Откуда узнали?

– Пристав Хомейко сообщил.

По обыкновению Лебедев выпустил крепкое выражение, от которого у господина Стефансона округлились глаза.

– Вот же как… А бедная вдовушка не знает, что она стала бедной?

На этот счет логика предлагала несколько вариантов ответа. И психологика от себя добавила. В общем, Ванзаров выбрал промолчать.

Издалека тренькнул дверной колокольчик. Господин Стефансон был остановлен от попытки отправиться к дверям, чтобы прогнать посетителя и запереть замок.

В паноптикум вошла барышня, огляделась и спросила:

– Эй, кто тут?

Ванзаров вскинул кулак, чтоб Лебедев с хозяином пикнуть не смели. Полная тишина. Как будто никого нет за бархатом. Убеждение подействовало.

Барышня сделала несколько неуверенных шагов.

– Есть кто-нибудь?

35Парадная лестница была пуста.