Курсантка с фермы. Адаптация к хитрости (СИ)

Я уже видела разок центаврианку, на планшете брата. Но вживую она показалась мне гораздо более привлекательной. Наверное, потому, что оказалась метиской. Центаврианские черты лица, кожа и волосы, а совсем не центаврианский рост, полнота и глаза.

Мне она понравилась сразу, несмотря на то, что носила фамилию Малейв.

— Привет, Нина, — сказала метиска на чистом русском земном, чем меня ошарашила. Когда младшие учат наречия старших — это нормально и даже обязательно, но когда старшие учат наречия младших… Это просто невероятно.

— Привет, — совершенно обалделым голосом ответила я. Даже в нашем земном секторе на Тектуме земляне болтали на английском… А родное «привет» на родном языке я не произносила уже давно.

Милу протянула мне руку, и я ее пожала. При этом девушка лукаво на меня взглянула, а потом на Тему. На меня. Снова на Тему.

— Вы так похожи!

— Да, мы с Нинкой прям близнецы, — произнес довольный Тема. Еще ни одна его подружка не была такой шикарной, и он наслаждался произведенным эффектом.

Мы рассмеялись. Знакомство удалось, и я, отвечая на вежливые вопросы Милу и свою очередь, отвечая на нее, жалела, что она Малейв. Хотя, есть у нее несомненный плюс — она метиска, и это опускает ее до нашего уровня. Почти. С метиской у Темы есть шанс, тогда как с настоящей родовитой старшей — нет. Мне стало гораздо легче на душе. Братец рассказал, как у него дела, про ферму, про Гаррисона, которому по протекции Милу предложили другую работу.

И все было бы хорошо, если бы к Милу не явился брат. Я стояла рядом с Темой, когда Ли прошел через проходную и оказался рядом с нами. Сестру он поприветствовал, приложив ладонь к сердцу — Милу сделала также. При этом лица обоих были весьма мрачны.

Очень теплое приветствие, так и веет крепкими семейными узами…

Они заговорили на третьем центаврианском, на том самом, который я учила.

— Мой избранник Артем! — сказала Милу, указав на Тему.

— Моя избранница Нина. — Ли кивнул на меня.

Я онемела, но быстро поняла, что курсант пошутил, и выдохнула.

Сестра Малейва вздохнула и начала стрекотать еще быстрее, а Ли, напротив, говорил медленно и лениво растягивал слова.