Курортный роман

У меня еще вся жизнь впереди.

– Не у тебя, а у нас.

– Послушай, а с Катькой-то что? – испуганно спросила я, пропустив слова Олега мимо ушей.

– С ней немного хуже.

– Она жива?

– Жива. Она сейчас под капельницей. Ей придется немного позагорать в больнице.

– Главное, что она жива, – облегченно вздохнула я. – А где Димка?

– Твоего Димку тоже пришлось немного подштопать. У него там какие-то проблемы с переносицей. Он сейчас от наркоза отходит.

– Бедненький, ему, наверно, досталось…

– Больше всех досталось твоей подруге.

– До свадьбы заживет, – улыбнулась я и посмотрела на Олега влюбленным взглядом.

– А когда свадьба?

– Я свои свадьбы уже отгуляла, – грустно сказала я. – Да и ты, по-моему, тоже.

– Ты в этом уверена?

– Вполне. Со свадьбами у меня вопрос решен. Сначала свадьбы, затем разводы… Знаешь, как мне уже все это надоело?

– А по-другому не бывало?

– По-другому просто вообще не бывает.

– А как же у других людей?

– Наверное, у них по-другому, потому что они сами другие.

– А ты, значит, у нас особенная?

– Разве незаметно?

Я попробовала встать с кровати и с третьей попытки мне это удалось. Олег пытался помочь мне, но я молча отстранила его.

– Я и забыл что ты у нас феминистка, – заметил он.

Не смей смеяться над калекой. – прошипела я и попробовала шагнуть.

Правая нога совсем меня не слушалась. Я попробовала выкинуть ее вперед, но это не принесло никакого результата.

– Хромоножка ты моя, – засмеялся Олег и обнял меня.

Я посмотрела на него глазами, полными слез, и жалобно произнесла:

– Я теперь всегда буду хромать? Лучше бы я маленькой умерла!

– Не переживай, я куплю тебе самые красивые костыли, – улыбнулся Олег.

– Да пошел ты со своим костылем! – Я смахнула слезы.

– Прекрати реветь. Ты уже, по-моему, за этот отпуск вдоволь наревелась. Странная ты женщина. Из твоей ноги только что достали две пули, а ты уже хочешь ходить, как новенькая!

Я прижалась к Олегу щекой и попросила отвести меня к Катерине.

– Держись, подруга. Бывало и хуже. Неожиданно Катерина открыла глаза.

– Хуже не бывало, – прохрипела она и облизала пересохшие губы.