Куплю твою жизнь

Думаешь, я не понимаю, что к чему? — Мураз буквально выплёвывает последние слова. Благо нас разделял его письменный стол. — Теперь в твоих руках большинство голосов компании.

Юрасов знал своих деловых партнёров. Отлично понимал, какая ждёт судьба Серафиму. И я не сомневался в том, что он хотел поставить меня перед выбором. Она или бизнес.

Пока Мураз жив — она в опасности. Стоит его убрать — я обрету новых врагов. Но, как только я избавлюсь от Спички, проблемы разрешатся сами собой.

Она лишняя фигура на шахматной доске.

Ямадаев-старший, разгорячённый разговором, не хотел прислушиваться к моим словам. Понимал, что теряет контроль над одним из самых крупных своих активов. И ему это явно не нравилось. Он привык всё контролировать.

Я предполагал подобный исход, направляясь в его дом. Знал, что не уйду отсюда целым и невредимым, если пущу ему в лоб пулю. А вместе со мной в преисподнюю закинут и Спичку. А после — никто не оставит нашего ребёнка в живых.

В оплату своего благополучия сдать Муразу Серафиму, как жертвенного ягнёнка, я не мог.

И я понимал, что имею лишь иллюзию выбора. А выход лишь один — уничтожить Ямадаева. И ждать, когда его брат захочет мести.

Сделать это без помощи извне и выйти из дома живым — невозможно.

Благо всем нужны деньги. Его ближайшей охране — тоже. Мне требовалось заручиться поддержкой всего пары его человек. Которые бы обеспечили выход из дома. А потом — гори всё синим пламенем.

И когда я пустил в него пулю, на вызов примчались именно они.

Я вышел из дома только с одной мыслью — она сейчас должна быть рядом с моей охраной. В безопасности. Но Серафима, как магнит для неприятностей, побежала навстречу мне — в пекло. А потом обратно. Запрыгнула в спорткар, и уже через пару секунд её и след простыл. Убью сучку.

Глава 71

Готова вернуться обратно в дом, убедиться, что пулю словил не Сабуров. Только не он.

Оступилась на каблуках. Сняла их и, сжимая ключи, ринулась в сторону дома.

Злой как чёрт. Готов сравнять меня с землёй.

Попятилась назад, а затем побежала сломя голову обратно к машине.

— Серафима, вернись! — донёсся до меня его крик за спиной.

Все его люди в доме. Как и люди Мураза.