Купец из будущего (части 1-2)

»

— Мда, — озадаченно произнес Николай Семенович, которому до этого при слове «славяне» ничего не приходило в голову кроме картины «Три богатыря». — Я все это как-то не так себе представлял. Устал я что-то. Прилягу, пожалуй.

Он задремал, не зная, что больше ему не суждено будет открыть глаза. Через пару часов фельдшер скорой помощи смотрел на него усталым равнодушным взглядом и терпеливо говорил рыдающей жене:

— Ну, что вы от нас хотите, женщина?

— Сделайте что-нибудь! Он же задыхается, — плакала Людмила Ивановна.

— Он умирает, — жестко сказал фельдшер. — И вы это знаете. По закону я обязан провести реанимационные мероприятия, и я их сейчас проведу. Он что получает и в какой дозе?

— Морфин, — понуро ответила Людмила Ивановна. — До шести ампул в день.

— Без вариантов, — махнул рукой фельдшер. — От такой дозы даже здоровый человек помрет. Отойдите, женщина, вы будете только мешать.

Николай Семенович смотрел на этот разговор как будто сверху. Его собственное тело вызывало у него сейчас лишь гадливое недоумение.

Он помнил себя совсем другим, не дряхлой развалиной с заострившимся лицом, а бодрым и полным сил мужиком, которому и шестьдесят давали с трудом. Все! Он начал стремительно удаляться от своего тела, от рыдающей жены и от фельдшера, который имитировал спасение его жизни. Все это скоро превратилось в точку и исчезло, а Николай Семенович летел по какому-то бесконечному туннелю, в конце которого быстро росло пятно света. Внезапно сознание его словно дернуло в сторону, и пятно стало удаляться с немыслимой скоростью. Вскоре он летел в полной темноте, и это казалось бесконечным. Вспышка света!

— Где это я?

Глава 3"

"— Где это я? — растерянно подумал Николай Семенович. — Я уже умер? Это со всеми так после смерти происходит? Или меня этот коновал так сильно током шарахнул, пытаясь запустить остановившееся сердце?

Вопросы полились рекой, и самым главным из них стал этот: А кто я такой, вообще?

Худые жилистые руки с пальцами, украшенными обкусанными грязными ногтями, никак не могли принадлежать ему.

Николай Семенович ощупал себя, и пришел к неожиданному выводу. Он — молодой мужчина. В последнем он с чувством глубокого удовлетворения убедился, когда развязал веревку на немудреных портах и осмотрел свое хозяйство. Оно было в полном порядке, и, судя по горделивому положению этого самого хозяйства, сейчас было раннее утро. На вопрос «кто я?», ответ был получен быстро. Он был молодым парнем неизвестной наружности по имени Самослав.