Дитя прибоя

Мало того, он там, среди них, и живёт. У них это называется «друг рода». Не знаю, что это такое, но иногда первородные награждают кого-то таким именем. Это что-то вроде титула у них. В общем, этот парень выступал на стороне гномов и носил их регалии. И это мой приятель видел собственными глазами.

– Человека охраняют гномы и орки? – задумчиво переспросил скептик. – Вот уж не думал, что доживу до такого.

– Да уж. К такому человеку на службу попасть, это как в кости сундук золота выиграть, – вздохнул ещё один солдат.

– Так тебя в удел гномов и пустили, – фыркнул рассказчик.

– Не скажи. Гномы не большие любители из своих пещер вылезать, а парню, думаю, оттуда выезжать регулярно приходится.

– Ну, может и так, – помолчав, вздохнул рассказчик. – Только, думаю, не станет он себе охрану нанимать.

Анкутан вздохнул. Попасть в охрану к такому человеку и правда было бы большой удачей. Сама по себе служба непыльная, и заработок должен быть приличный. Ведь недаром говорят, что гномы даже едят с золотых тарелок.

Размышления десятника прервало громкое хлопанье крыльев, на соседнее дерево опустился огромный ворон. Окинув настороженным взглядом бивак, птица принялась огромным клювом поправлять перья, периодически поглядывая на стоящего под деревом десятника.

Появление ворона у деревни считалось у кметов предвестием мора или нападения бандитов, но егеря всегда считали этих птиц наблюдателями одного из пятерых – Агреса, бога покровителя воинов, который забирал самых смелых погибших в свою свиту.

Чутьё на опасность у опытного егеря было развито, как у матёрого волка, так что движение за спиной он, скорее, почувствовал, чем заметил и, не раздумывая, покатился по земле кувырком, уходя от возможного удара. Перекатившись через плечо, десятник вскочил на ноги, одновременно обнажая револьвер и поднимая тревогу.

Из-за деревьев на бивак наступали два каменных тролля. Привыкшие драться с самыми разными противниками, егеря быстро, но без суеты рассыпались по поляне, обнажая оружие.

Полученные от гномов новые винтовки рявкнули залпом, и один из троллей схватился лапами за морду. Чей-то удачный выстрел лишил его глаза. Издав противный скрежещущий рёв, второй тролль вскинул огромную дубину и попёр в атаку.