Кухарка в академии яда. Дракон, компот и антидот! (СИ)

– Это что, латынь?

В комнате как будто что-то поменялось – стало холоднее, а еще откуда ни возьмись, появился сквозняк. Он шевелил мои распущенные волосы и складки платья, но, самое удивительное, не задувал свечи. Пламя горело ровно, как ни в чем не бывало."

"Несмотря на то, что вокруг похолодало, каменное сердце, которое свешивалось с моей шеи, почему-то стало теплым. Красные прожилки проступили ярче.

– Это уже неважно. Ты сделала все, что нужно.

– Серьезно? – обрадовалась я. – Значит, я могу идти?

– О да, Лиля, – рассмеялась Соня, и ее смех прозвучал зловеще.

Подруга задула свою красную свечу и резко захлопнула книгу.

Сквозняк усилился. Только теперь это был уже даже не сквозняк, а самый настоящий ветер. Даже ураган!

Расплавленный воск от свечей на концах пентаграммы разноцветными ручейками потек по деревянному полу. В этих местах на нем появились трещины, сквозь которые стал просачиваться свет.

– Сонь, что происходит? – с опаской спросила я, пытаясь подобрать пышные складки платья.

Вот только оно не слушалось и, как пена, лезло из-под моих рук.

– Не переживай, Лиль. Все идет по плану.

– Это спецэффекты такие, да?

Свет становился все более ярким. Теперь он не то, чтобы просачивался, а прямо бил сквозь пол. Вспыхнули и границы пентаграммы. Усилился ветер.

– Спецэффекты, разумеется, – ухмыльнулась Соня и взяла на руки Злыдня. – Лиль?

– Что?

– Ничего личного.

– Я тебя не понима…

Подружка вдруг схватила своего кота за шкирку и швырнула прямо на меня.

Кот заорал и вцепился мне когтями прямо в грудь. Заорала и я, пытаясь отцепить от себя этот злобный ком белой шерсти.

В это мгновение разноцветный свет ударил яркой волной, и пол под моими ногами перестал существовать.

ГЛАВА 5

Прямо как в какой-то викторине по телевизору, где под неправильно ответившим на вопрос человеком открывался люк. Вот только незадачливых участников игры, наверное, встречали мягкие батуты.

Я же рухнула в разноцветное сияние, которое ослепило так нестерпимо, что пришлось зажмуриться.

Казалось, падению не будет конца. Даже сквозь закрытые веки я видела это яркое разноцветное мельтешение. Зеленый, голубой, желтый, красный кружились в неведомом танце. Сменяли друг друга, точно в калейдоскопе.

При этом сияние ничуточки меня не грело. Наоборот, было холодно. Единственным источником тепла являлась подвеска на шее. Камень раскалился и стал горячим.

– Соня… – осторожно позвала.