Кухарка в академии яда. Дракон, компот и антидот! (СИ)

ГЛАВА 11

Я вскочила с нар и стала мерить камеру шагами, пытаясь собраться с мыслями.

То есть, эта ведьма Сонька, вернее, Сьюзен, не хотела выходить за Цезариона, а я, значит, должна?

Гадина.

Нет уж, не надо мне такого счастья!

Я вообще для себя решила, что раньше тридцати замуж не выйду. И я это обещание сдержу.

Не говоря уже о верховном жреце Базилике. Какими он там способами собрался с меня цепочку снять? Раз он темными практиками заведует, вряд ли эти способы мне понравятся.

– Ты говорил, можешь передать мне немного магии.

– На что тебе магия, людинка?

– На то, чтобы свалить отсюда. Подальше от кесаря и верховного жреца! Может, при помощи этой магии я сумею открыть дверь…

– У меня в ошейнике ключ от камеры, – высокомерно сообщил Злыдень и прыгнул мне на колени. – Заранее его добыл.

– Какая трогательная и неожиданная забота.

– Головой-то подумай! Если Базилик тебя мучить будет, а Цезарион голову отрубит, я испытаю все это на себе, – холодно бросил перс.

Пушистый белый ком на моих коленях обреченно склонил голову и замер.

– Зачем?

– Тебе нужна магия или нет? – прошипел Злыдень.

Я послушно провела рукой по его гладкой шелковистой шерсти. Раньше мне всегда казалось, что если я попытаюсь это сделать, то кот подруги меня загрызет.

Вместо этого перс изумленно уставился на меня разноцветными глазами.

– А ты уверена, что гладят именно так?

– Абсолютно уверена.

– Странно. Я думал, это больно. Очень странные ощущения…

– В смысле? Сонька что тебя, никогда не гладила?

– Ты что? Нельзя, – шикнул Злыдень. – Вот сейчас, сейчас пойдет, не зевай!

Глаза кота засияли ярче, а затем от них заструилось сияние – от одного голубое, от другого оранжевое. Я поймала это сияние обеими руками и тут же ощутила прилив силы. На моих ладонях заискрились блестки – на правой синие, на левой – оранжевые.

– Долго оно не продействует, а я теперь смогу тебя подзарядить только через пару дней, – предупредил кот, давая мне доступ к своему ошейнику. – Поторопись!

Ну, я поторопилась. И вскоре уже бежала вниз по каменной лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Кот был прав – заклятье невидимости подействовало не в полную силу. Я стала не полностью невидимой, а скорее, полупрозрачной, как приведение.

И то хлеб.