Кубанский огонь

Приятной наружности, семь верст в окружности… Когда ее уличили, плакать зачала, ну, телеграфист пожалел и не стал заявление писать.

– Билет в двадцать пять рублей? – заинтересовался Пришельцев.

– Так точно.

– Знакомая вещь, в Армавире их выделывают. Завтра заставишь телеграфиста написать бумагу и дашь ей ход.

– Есть!

– Теперь главный вопрос, Гудзь, – опять взял слово Алексей Николаевич. – Как нам незамеченными проникнуть на хутор и не упустить разбойника? Да еще живыми при этом остаться?

– Я с вами пойду, покажу.

Там калиточка есть малая, к овину. Лучше всего через нее. Снизу пролезть можно, свиньи прорыли, а хозяину дела нет. Однако это… собака уж больно злая.

– Станет добрая, – отмахнулся Лыков. – Ты вот что. Пошли туда десятского, пусть он с лица колотится, требует впустить. А мы через калиточку проникнем и затаимся.

– С собакой-то как быть, ваше высокородие? Она ростом будто теленок.

– Меня все собаки стороной обходят, и эта хвост подожмет, вот увидишь.

Урядник с сомнением покачал головой, но спорить с начальством не решился.

В три часа утра десятский начал стучать в ворота с криком: «Модест, отворяй, тебя атаман требует! Срочно!» Лыков в это время уже прогнал собаку и впустил во двор остальных полицейских. Пришельцев и Азвестопуло спрятались у дворовых построек. Гудзь пикетировал баню. Корж со статским советником замерли у задней двери.

Все произошло очень быстро. Семафор, как оказалось, прятался в сарае. Он сиганул с крыши прямо через забор и бросился в кусты.

Скорее всего, он ушел бы – вся арестная команда сбилась внутри хутора. Но, приземляясь, злодей подвернул ногу, поэтому далеко убежать не смог. Когда по его следу пустились полицейские, он стал стрелять. Гудзь, бежавший первым, получил пулю в грудь. Азвестопуло отпрянул, но его тоже задело в плечо, правда, по касательной. Тут сбоку выскочил Лыков и всадил в бандита четыре заряда.

Первым делом сыщики попытались спасти урядника. Лыков перевязал его и сумел остановить кровь. Однако, когда стражники привели заспанного станичного фельдшера, Гудзь уже скончался…

Разозленные полицейские перевернули хутор вверх дном.

В летней кухне они нашли трех оборванцев без документов. По виду это были обычные байгуши. Но при них обнаружили большую коробку с кокаиновым порошком. Похоже, нефтяная горячка принесла в казачью станицу не только телефон и электричество, но и дурные наклонности.

Ведмедко и его жену, и впрямь неправдоподобно толстую, арестовали.