Куда заводит страсть

– Рэнд?

Он тут же появился в дверях своей спальни.

– Да?

Глаза его быстро скользнули по ее серебряно-голубому наряду.

– Какое волшебное платье! – сказал он, немного помолчав.

– Да, но я никак не могу застегнуть его.

Он улыбнулся.

– Неужели я перекормил тебя?

– Нет, просто этот дурацкий корсет почему-то не сходится…

Рэнд молча улыбался.

– Как же помочь тебе?

Не говоря ни слова, она повернулась к нему спиной."

"Послышались легкие шаги, и она почувствовала, как Рэнд осторожно затягивает шнурки корсета. Розали с трудом перевела дыхание.

– Кажется, достаточно, – сказал Рэнд с некоторым сомнением в голосе.

Но Розали нетерпеливо покачала головой.

– Я все равно не смогу застегнуть платье. Пожалуйста, затяни еще сильнее!

Рэнд колебался. Затягивание тела в корсет казалось ему какой-то изощренной пыткой.

– Может, наденешь другое платье? – неуверенно спросил он.

– Если ты не хочешь, я попрошу помочь мне горничную.

Пробормотав что-то невнятное, Рэнд снова принялся за дело. Талия Розали уменьшилась еще на один дюйм и выглядела теперь невероятно узкой.

С усилием вздохнув несколько раз, Розали сказала:

– Может быть, еще…

– Нет, все. Иначе я сейчас возьму ножницы.

Рэнд принялся застегивать платье.

– Почему женщины так хотят вернуть эту моду, которая еще в прошлом веке была признана негодной?

– Но ведь и мужчины иногда делают это. Вот, например, принц-регент.

– Да, конечно, те, кто злоупотребляет вином и обильной пищей. Но тебе это совершенно ни к чему.

– Откуда ты можешь знать?

– Я видел тебя, – напомнил Рэнд, медля застегивать последние три пуговицы.

Розали закрыла глаза. Горячая волна пробегала по телу, когда она чувствовала прикосновение его пальцев. Ей казалось, что это было в первый раз. Память о том лондонском утре была теперь отдаленной и неясной. Иногда Розали казалось, что это были два каких-то совершенно незнакомых ей человека и что она впервые встретилась с Рэндом только здесь, во Франции.

Отбросив мечтания, Розали проговорила:

– Это мнение знатока, и я, вероятно, должна быть польщена им.

– Я не знаток, – тихо ответил Рэнд, глядя на нее.

– Ты прав, слово ""знаток"" не совсем подходит к тебе, ведь оно подразумевает некоторое уважение к предмету.

Ты, вероятно, просто любитель.

Рэнд не понимал, почему она говорит это. Ему хотелось остановить ее, заткнуть ей рот.

– Если это так, то у меня должны быть довольно странные мазохистские наклонности в отношении удовольствий.