Тьма после рассвета

Москвичи, конечно, вряд ли соберутся смотреть на шедевры архитектуры по вечерней темноте, а вот туристы, особенно иностранные, с удовольствием здесь гуляют в любое время суток. Опять же гостиницы «Интурист», «Метрополь», «Националь», «Москва» — все здесь, только три шага сделай, а «Россия» — совсем недалеко. Именно в эти гостиницы и селят иностранцев.

— Леня, ты в ГУМе давно был? — спросил Гор­деев.

— Не помню, а что?

— А в театре?

— Тоже не помню, — Леонид Петрович задумался. — Когда Аська, дочка, была маленькой, мы ее на «Щелкунчик» водили в Большой.

— Примерно как и ты. Один раз удалось с пацанами на детский утренник вырваться в кукольный театр на Спартаковской. И как твоя Надежда реагировала, когда ты не мог пойти с ней в театр?

— Молча.

Гордеев пожал плечами.

— Да нет, нормально. Я все удивляюсь, откуда в кино берутся все эти глупости про милицейских жен, которые скандалят, когда муж работает в выходные или не может поехать с семьей в отпуск.

— Во-первых, это кино, там свои правила. Им же нужно, чтобы в кадре был драматизм, напряжение, конфликт. А во-вторых, Витек, нам с тобой просто повезло. Вот ты, например, сколько времени ухаживал за своей Надей, прежде чем вы поженились?

— Года четыре, наверное… Да, три года и десять месяцев, точно.

— Вместе жили? Или только встречались?

— Встречались. Где нам было жить-то, пока не расписаны? У нее родители и сестра с мужем и ребенком, у меня родители и двое младших, брат и сестренка.

— Ты, наверное, постоянно опаздывал на свидания или вообще не приходил? — с сочувствием в голосе спросил Череменин.

— Поначалу так и было. Мы ж себе не хозяева, сам знаешь. Договоришься, назначишь, только соберешься — а тебя перехватили и припахали к чему-нибудь срочному.