Криптум

– Остров скрывает все! – Он издал щебечущий раскатистый смешок и показал на Чакаса. – Парень ничего не знает. Ищи сокровище и умри, если не идешь туда, куда иду я.

Флорианец вытянул выразительные розовые губы и поднял над головой ладони с соединенными большими и указательными пальцами.

Эти слова вовсе не задели Чакаса.

– Он прав. Я ничего здесь не знаю.

Я тоже испытывал сильное облегчение, спасшись от мерса, и почти не заметил собственного раздражения. Давно понял, что доверять людям нельзя, уж слишком они деградировали.

Мы прошли чуть дальше вглубь острова и присели на камни, дрожа от холода и сырости.

– Сначала объясни, почему ты на самом деле хотел попасть сюда, – потребовал Чакас. – Расскажи нам о Предтечах и Предвозвестниках.

В темноте я не мог разобрать ничего, кроме слабого мерцания накатывающих на берег волн.

– Предвозвестники были всемогущими. Они оставили свой след во многих небесах.

Даже то имя, которое мы дали себе сами, Предтеча, подразумевало меняющееся место в Мантии, признавая тот факт, что мы – всего лишь этап в служении живому времени. После нас придут другие. И эти другие будут лучше нас.

– А мы? – спросил флорианец. – Хамануш и чамануш?

Я отрицательно покачал головой, не желая придавать вес этой истории… или верить в нее… и продолжил:

– Я здесь для того, чтобы узнать, почему исчезли Предвозвестники.

– Вот как? – сказал Чакас. – Ты здесь, чтобы найти великий дар и угодить отцу?

– Я здесь, чтобы обрести знание."

"– Что-то такое, что доказало бы, что ты не глуп. Гм… – Чакас открыл сумку и протянул мне несколько хлебцев – плотных, черных, воняющих рыбьим жиром.

Не скажу, что съел их с удовольствием, но это лучше, чем ничего. Всю жизнь окружающие считали меня глупым – но, когда животные-деграданты приходят к тому же выводу, мне становится не по себе.

Я швырнул камушек в темноту.

– Когда начнем поиски?

– Слишком темно. Сначала нужно развести огонь, – сказал флорианец.

Мы сложили костер из веток и полусгнивших пальмовых обломков. Чакас, казалось, задремал, но тут же проснулся и улыбнулся мне. Он зевнул, потянулся, посмотрел на океан.

– Предтечи никогда не спят, – произнес он.

Это верно, но только если на нас нательная броня.