Крестовский треугольник

Небольшой удар о землю, и Санька почувствовал, как засосало под ложечкой оттого, что мощная конструкция резко теряет скорость.

Получив вещи, отец и сын направились к выходу. Белые двери матового стекла с шумом распахнулись перед ними. И Санька увидел, что отец машет кому-то из толпы встречающих. Высокий худощавый блондин в светлых джинсах и короткой чёрной кожаной куртке помахал рукой в ответ.

— Привет, Ром!

— Привет! Знакомьтесь, это Санька!

— Андрей! — на Саньку с прищуром смотрели колкие зелёные глаза. Высокие скулы, тонкий подбородок и губы растянуты в полуулыбке так, что на щеках образуются симпатичные ямочки.

На вид Андрею нельзя было дать больше тридцати. Парень протянул ладонь для рукопожатия. Санька потряс его за руку.

— Ну, совсем взрослый мужик же! — он с чувством потрепал по рыжим Санькиным вихрам. — Как долетели?

— Всё отлично! Как дома дела?

— Прибрался! Ужин в духовке. Ждёт вас. Что, поехали? — Андрей подхватил чемодан и все трое направились к выходу.

До дома добирались долго — вначале полчаса стояли в пробке на выезде из Пулково, потом ехали по прямому, как стрела, Московскому проспекту мимо сталинских высоток, мимо утопающего в зелени парка.

Свернули на извилистые узкие улочки питерского центра со старыми, изъеденными временем домами. Проехали вдоль роскошных садов, мимо Эрмитажа и далее по Дворцовому мосту мимо стрелки с красными ростральными колоннами, свернули на Биржевой мост.

Всю дорогу Санька глядел в окно на сменяющие друг друга сильно контрастирующие пейзажи.

Вскоре машина остановилась возле одного из новых домов на берегу реки, за которой начинался бескрайний зелёный оазис. Территория новостройки с детской площадкой, парковкой и небольшим сквериком была обнесена высоким забором. Андрей, достав из кармана пульт, открыл ворота, и автомобиль, тихо шурша колёсами, въехал во внутренний двор.

— Ну вот, мы и дома! — Роман расплылся в улыбке.

***

Парадная была совсем непохожа на подъезд дома, в котором Санька жил с матерью — холл и лифтовая были отделаны тёплым охристо-жёлтым камнем.

У входа за стойкой с цветами сидел консьерж. Просторные лифты с зеркалами и обставленные цветочными композициями лестничные пролёты и межквартирные холлы. На стенах картины в рамах. На полу блестящая жёлто-белая плитка с выложенным узором. От всей этой роскоши Санька открыл рот. Так вот как живёт его отец!

Квартира была просто огромной. Две изолированные комнаты, кухня, совмещённая с гостиной и входным холлом.