Крестовский треугольник

На Саньке никак не отразится!

— Посмотрим, Ром, посмотрим! Но учти, если я что узнаю, то, не раздумывая, пойду в суд!

— Господи, Катя! — мужчина всплеснул руками. — Ты кем нас считаешь?!

— Кем надо, теми и считаю! Всё, Рома, давай прекратим этот разговор!

***

Такси затормозило у аэровокзала. Пока отец расплачивался с водителем и доставал вещи, Екатерина и Санька выбрались из салона.

— Ты всё взял? Ничего дома не забыл?

— Всё! — буркнул подросток себе под нос.

— В общем, квартиру я твою сдавать буду.

— А что может случиться? — на женщину исподлобья смотрели два чёрно-карих глаза.

«Совсем как у Дашки! — мелькнуло в голове. — Копия мать!»

— Да ничего! Всё будет хорошо. Это я так, к слову. — Она сложила руки на груди, выглядывая Романа. — Долго он там ещё будет возиться? На самолёт опоздаете!

Увидев приближающегося к ним мужчину, обвешанного со всех сторон сумками, она снова повернулась к Саньке.

— Как долетите, позвони! Понял? И, вообще, звони! Не забывай тётку! — она внимательно посмотрела в мальчишеское лицо и прижала Саньку к себе. — Господи, правильно ли я делаю?! Ой! Ладно, запричитала, как старуха.

— Ну что, пошли на регистрацию, — подойдя ближе, кивнул Роман.

Все трое устремились к стеклянным раздвижным дверям, ведущим внутрь здания.

***

Измученный событиями последних дней Санька не заметил, как заснул в кресле самолёта. Очнулся он только тогда, когда в ушах зазвенело от резкого перепада давления.

— Садимся, — заметил отец. — Совсем скоро будем дома!

Гигантская стальная птица накренилась набок. Санька увидал в иллюминатор огромную очерченную кривой линией берега серебристую водяную гладь.

— Это что, море? — он повернулся к Роману.

— Нет, сын. Это Ладога. Море вон там! Впереди!

Вскоре самолёт принял нужное положение, с каждой минутой снижаясь всё больше.

— Ух ты, как красиво! — Санька не мог сдержать восторга.

Тоненькие желтовато-оранжевые линии стали увеличиваться, давая различить полосы дорог, фонарные столбы и крошечные движущиеся по автостраде машины.

Самолёт, ревя турбинами, стремительно приближался к взлётно-посадочной полосе.