Крепкий орешек

Она открыла дверь, и Маргерит вошла. Просторное помещение было отделано в персиковых тонах, из одного окна открывался вид на море и сосны, другое — во всю стену — выходило во внутренний дворик. Односпальные кровати, разделенные столиком из белого тростника, и пара кресел составляли всю меблировку комнаты.

— Ванная комната там, — продолжала Дорис, указывая на одну из двух дверей. — Вторая ведет в гардеробную. Извини, но кровати односпальные, — со смешком заметила она.

— В этом есть свои прелести, — подал голос Джастин.

Маргерит покраснела, не в силах сдержать собственное воображение. Одна фраза Джастина — а тело ее уже ныло в предвкушении ночи, которую они проведут вместе…

— Пойду распакую вещи, а заодно посмотрю, что нам приготовили на обед.

После ухода Дорис воцарилась тишина. Сквозняком захлопнуло дверь, и Маргерит от испуга подскочила.

— Признаться, я полагал, что на этот раз ты настоишь на том, чтобы нам выделили отдельные комнаты, — насмешливо заметил Джастин.

— Я не хотела вызывать у Хьюго подозрений…

— Очень разумно! — одобрил Джастин. — Хотя в качестве любовника этот тип тебе вполне подошел бы: он женат, а значит, ни при каких обстоятельствах не сможет претендовать на твои деньги.

— Не понимаю, почему ты злишься?

— Не понимаешь? Не прикидывайся, ты не так глупа и наивна, чтобы не понимать, что нанесла мне самое сильное оскорбление, которое женщина может нанести мужчине. И ты еще не понимаешь, почему я разозлился!

— А что еще я должна была подумать после того, как ты…

— После того, как я?.

Маргерит уже пожалела, что начала этот разговор. Кончиком языка она провела по пересохшим губам и закончила:

— После того, как ты пытался овладеть мною!

— Овладеть тобою? — Он недоверчиво посмотрел на нее. — Ты всерьез настаиваешь на этом определении?

Маргерит опустила голову и густо покраснела.

— Кстати, в тот раз мы не довели дело до конца. А поскольку ты думаешь, что я все это делал по расчету… Что ж, не люблю оставаться в долгу!

Через мгновение он уже обнимал Маргерит.

— Нет! — закричала она и забилась в его руках.

— Нет? Ты не позволяешь мне заплатить по счету, который сама же и предъявила?

Он припал губами к пульсирующей жилке на ее шее, и внезапно страх Маргерит отступил прочь, уступив место блаженству.