Красное бедствие

Фэй убрала меч в ножны и снова окинула Ромэйн взглядом, исполненным презрения и непринятия.

– Я не стану сражаться на стороне демонов.

– Фэй!..

Ромэйн попыталась преградить ей путь, но подруга толкнула ее плечом и прошла мимо. Ей оставалось лишь смотреть на удаляющуюся спину, вскоре скрывшуюся в полумраке лестничного пролета.

– Фэй…

Ей удавалось сдерживать слезы в плену, над могилой матери, во дворе Синей Крепости, наполненном врагами, но на этот раз они все же пролились.

– Ты не чудовище, – тихо сказал Райордан, бесшумно приблизившийся к ней.

– Спасибо, – едва слышно ответила Ромэйн.

– Ты уверена, что твой дружок не сожрет нас, втеревшись в доверие?

– Уверена.

– Тогда найди его и попытайся спасти. Тварь, в которую превратился Латиш… Это дракон?

– Не знаю. – Ромэйн утерла нос рукавом и расправила сведенные горем плечи. – А лорды?

– Возьму их на себя. Ты доверяешь своему брату?

– Больше, чем тебе.

Рай усмехнулся.

– Мы разберемся.

Не теряя времени, Ромэйн кинулась к лестнице.

Глава 39

Как он мог забыть о них? Как мог упустить из виду такую силу? Пока они пытались помешать гнусным планам Верховной, рядом находилась мощь, о существовании которой не помнили даже человеческие летописцы.

Все это время они думали, что на Фокасе не осталось никого, способного использовать магию. Но они ошибались.

Зверомаги.

Вторгаться в их владения не решалась даже Черная Мать. Остров, дрейфующий в Мировом океане, веками оставался скрытым от глаз людей и со временем превратился в легенду.

Но легенда ожила и попыталась разорвать Халахэля на части.

Чешуйчатый зверь тряхнул головой и взревел. После падения с высоты их обоих оглушило, и бой превратился в вялую потасовку.

Стремительно уменьшаясь в размерах, Латиш отскочил, когда Хэль попытался вцепиться в него.

– Эта битва напрасна! – выкрикнул Латиш. – Радуйся, ведь ты не остался запертым в Фате вместе с сотнями одичавших демонов! Можешь сказать мне спасибо, ведь это я позаботился о тебе!

Хэль хлестнул его хвостом, повалил на песок и почти вцепился в горло, но раскалившаяся докрасна рука зверомага породила новую волну обжигающего пламени, от которой ему пришлось уклониться, взлетев.