Красавица и Ректор: расколдовать любой ценой

Вы, кажется, спрашивали про Драконью землю?

— Там правда живут драконы?

— Ну разумеется.

Кровать сбоку от меня прогнулась — видимо, ректор Стортон решил сесть, чтобы не стоять, скорчившись, пока я упрямо не хотела его отпускать. Как же стыдно!

— Давным давно на острове жили люди, которые могли находить общий язык с драконами.

— С драконами? Они существуют? Правда?

— Разумеется, Танг, не перебивайте. Так вот, когда-то на острове жили драконы и люди, которые умели находить с ними общий язык. Они называли себя огненным племенем и жили в горах.

Однажды король, если я не ошибаюсь, это был Карл Шестой Горбатый, решил объявить огненному племени войну, потому что те не хотели платить налоги и подчиняться короне. И вообще представляли собой угрозу — один дракон стоил целого полка в бою.

— И что?

— После долгой и кровопролитной войны люди из огненного племени ушли с острова, а вместе с ними и драконы. Обосновались за морем, на земле, которую назвали Драконьей.

— И ваши родители к ним плавали?

— Пытались, — после паузы ответил ректор Стортон.

— Видите ли, даже сейчас они не желают иметь ничего общего с людьми Острова. С нами, то есть. Корабль моих родителей не пустили даже в гавань.

— А откуда тогда инфекция?

Ректор Стортон засмеялся.

— А вот этого, Танг, я вам не расскажу. И… — Он громко зевнул. — И не просите.

Я помолчала.

— Люди часто боятся того, что не понимают. Драконов, например. Или русалок.

Во имя всех святых! Ну кто же дернул меня за язык!

Ректор Стортон засмеялся.

— Русалок стоит бояться.

Они утопили огромное количество кораблей. Если верить трактатам, русалки являются существами весьма злобными и — вот уж проклятое сочетание — исключительно одаренными магически. Не говоря уже об их способности к любовным чарам и проклятьям. Хорошо, что сейчас они даже не приближаются к острову, и только морякам стоит опасаться. Поверьте, Танг, русалки — злобные твари, одни из немногих, кого нужно уничтожать без малейших сомнений. Воистину отродья низвергнутых.

Ректор Стортон снова зевнул и поерзал, приваливаясь спиной к спинке кровати.

Мое сердце колотилось так громко, что мне казалось — он обязан меня слышать. Прозвучал еще один зевок.

— Простите, Танг. Вторую ночь не сплю и это… — не договорив, он зевнул.

Я молчала, отчаянно боясь себя выдать. Ректор Стортон еще что-то говорил о русалках, о том, что они не должны существовать, а у меня в ушах шумело от страха. Спустя некоторое время он, кажется, уснул, а потом я, наверное, уснула тоже.