Космос

— Не уйду, пока мы не поговорим, — Григорьев был на редкость настойчив, он забрался на пассажирское сиденье, посмотрел в упор на Варю и заявил, что не выйдет из машины, пока они не поговорят «по-человечески», «не по телефону» «глаза в глаза»

— О чём? — взвилась Варя. — О чём мы можем говорить? О том, что твой друг чуть до инфаркта меня не довёл, так он за это работы лишится!

— Варь, не надо, — Стас поморщился. — Он по моей просьбе, мы друзья детства, перегнул, у Ромчика с чувством юмора и меры проблемы, но ты не пострадала, протоколы фиктивные, временем ты располагаешь, никуда не опоздала, и здоровье не пошатнулось.

— Незачем дебилам работать в органах!

— Какая неожиданная мысль, — Стас усмехнулся, и Варя почему-то вместе с ним. — О другом я хочу поговорить. Ты прекрасно это понимаешь, — посмотрел прямо. — О том, что случилось утром.

— Утром пришла твоя жена или не жена, какая разница, что тут обсуждать? Ты женат, у тебя есть ребёнок, не нужно было устраивать это представление, чтобы попросить меня молчать.

— Не поняла, конечно, — зажмурился, как при мигрени, потёр себя по глазам.

— Это хорошо, но больше так не делай, не ровён час — поймёт.

— Я так и не делаю.

— Точно! «Бани и хаты», — вспомнила слова жутковатой женщины с очень странной причёской.

— Нет никаких бань и хат, — потёр лицо, выдохнул.

— Может, и жены нет? — странно, но надежда была готова выпорхнуть, как бабочка из кокона.

— Жена есть, — убил бабочку Григорьев, безжалостно растоптав её, предварительно вырвав крылышки."

"Варе даже стало больно, словно эти крылья, с нежной пыльцой и ярким рисунком, оторвали у неё, так больно, что она отвернулась и уставилась в окно, только чтобы не смотреть на Стаса. Космос… живые существа не выживают в космосе.

— Женщина, которую ты видела, моя сестра. Лена — дочь, а жены не было дома… она в санатории, СПА-процедуры, грязевые ванны…

— Отлично, — пробурчала Варя.

— Давай, по порядку расскажу? Ты выслушаешь, не станешь перебивать, а уж потом решишь, казнить или миловать, где ставить треклятую запятую.

— Ладно, — проигнорировала все предупреждения Сашки Варя. — Ври! — она не могла этого не сказать, вложив всё ехидство, на которое была способна, но вся обратилась в слух.

— Моя жена — моя родственница, не уверен, что избавлюсь когда-нибудь от неё.