Космос

Саша даже испугалась на какое-то мгновение, а потом пришла в себя. Он играет с ней. Непонятно — для чего, но играет, она не будет волноваться из-за бледного лица и сжатых губ — единственной мимики, которая хоть как-то выражала, что напротив человек, а не киборг.

— Нет, конечно! — сама отодвинула стул и резко встала.

— Я могу узнать — почему? — встал рядом.

— Потому что, если я захочу покончить жизнь самоубийством, я выберу что-нибудь менее болезненное. Например, прыгну в серную кислоту или подставлю лицо под укус чёрной мамбы, но не это!

— Перспектива встречаться со мной так ужасна?

— Нет, ужасна перспектива расставания! А оно обязательно будет.

"Она рванула к двери со всех ног, опасаясь, что Антон догонит её и начнёт уговаривать, и она, конечно, сдастся и подпишет себе приговор на самую ужасающую пытку в своей жизни. Он не догнал. Саша быстро глянула через стеклянную дверь, когда захлопнула её за собой.

Между Сашей Савельевой и Антоном Стрелецким всегда стояла стена из бронебойного стекла.

Часть 2

Саша поёжилась, быстро зашла в помещение, именуемое кухней, и нажала кнопку чайника.

Всё, её уволили. Или уволят в ближайшие дни, или даже минуты.

Стрелецкий не отменил заказ, как думала Саша, более того, он приехал с Семёновой Ларисой и молча выслушал, как Саша отбарабанила вводную часть, потом кое-как показала эскизы, макеты и на негнущихся ногах вышла.

И платье на ней ужасное! В клеточку!

Антон Геннадьевич не произнёс ни звука, один удар авторучкой по столу завершил показ. Саша вышла, а он остался, и суетливая начальница тоже, кинув предварительно говорящий взгляд на Сашу.

— Можешь идти домой, Савельева, — заглянула Леночка Изотова, новенькая секретарь грымзы. — Сама передала.

— Понятно, — слёзы навернулись. Собралась силами.

Стрелецкий ещё здесь, где-то там, в недрах простенького офиса, вся мебель которого стоит дешевле, чем один костюм Антона.

Быстро схватила плащ, перекинула через плечо сумочку и побежала в сторону метро под пронизывающим ветром. Холодный дождь удачно скрывал следы слёз. Плакала Саша, конечно, только из-за работы, которой лишилась, а не из-за Стрелецкого.

— Саня! — Саша обернулась на резко остановившееся авто, Бентли Мульсан, тёмно-синий, цвета индиго, как ночь, когда её посетило глупейшее желание променять работу на минет.