Космос

Как же хотелось встряхнуть хорошенько обеих, особенно Саню, и вбить ей в голову, что женщине не нужно рисковать собой и своим здоровьем, собрать её вещи и отвезти домой. В тепло, подальше от опасных увлечений. Но ничего такого Антон, конечно, не сделал, не имел права, а если бы и имел…

Человек имеет право выбора. Это выбор Сани. Антону остаётся только решить, принимает ли он её выбор или нет.

После ухода врача, перед тем, как Стрелецкий хотел выйти из палатки, Саня потянулась к нему и прошептала: «Побудь со мной». Искренне и просто.

Он побыл, дав обнять себя, кутая в одеяло девушку, ненавидя реакцию своего тела, заглушая мысли о податливой Сане, её мягком теле, влаге, которую он утром собирал пальцами, лаская.

Саша покраснела, когда встретилась взглядом со Стрелецким, выйдя из палатки. Почему-то она никак не ожидала его увидеть здесь. Антон всегда представлялся Саше небожителем, видеть его просто разговаривающим с механиком из команды сорок третьего было странно, а то, что случилось накануне, было сюрреалистичным сном, видением.

Ни с ней, ни с ним, ни с ними не могло подобное случиться.

А раздражение от щетины ей просто приснилось…

Куда там! Приснилось! Обманывай себя больше!

Саша всё отлично помнила — как стонала, извивалась, стремилась шире расставить ноги, насколько позволяла одежда, хваталась за плечи Антона и бесстыдно двигала бёдрами, вынуждая его пальцы нырять в глубину, поглаживать, довести до оргазма.

В течение дня, чем больше Саша думала о проведённой ночи, тем большей волной на неё накатывал стыд.

Сама предложила, навязалась, глупо себя вела, про внешний вид Саша старалась не думать, чтобы окончательно не умереть от стыда.

Если бы знала заранее, она бы подготовилась. Похудеть бы не удалось, но хотя бы побрила в интимных местах, да и ноги уже покрылись щетиной. Трусы бы надела приличные, а не плотные, в голубой цветок, и уж точно не пользовалась детским шампунем с запахом ромашки.

— Как ты себя чувствуешь? — спокойно спросил Антон, а Саша сжалась.

Неужели нельзя сделать вид, что ничего не было? Ему же ничего не стоит! Сколько таких Саш было у Стрелецкого! Понятно, что очень, очень много! Может, настолько невзрачных, как она, не слишком много, но хотя бы жалости она заслуживает!

— Хорошо.

— Ты бледная, — задумчиво разглядывал. — Ты красиво двигаешься, — прошептал, нагнувшись к уху, поправил взлохматившиеся волосы. Погладил, как кошку или ребёнка, задерживая пальцы на макушке, надавливая, слегка царапая.

Саша едва не заскулила.