Космос

Блюда были сытные, их было много, они не слишком сочетались между собой, но точно могли удовлетворить любой вкус, и любителя сытно поесть, и сидящего на диете по причине постоянного похудания или здоровья.

Чего здесь только не было! Варя сглотнула слюну. Несколько месяцев она придерживалась здорового питания, не ела жаренного, жирного, острого, маринованного… а эти куски мяса, грибы, рыба, представляли из себя соблазн в чистом виде. А пироги! Грузинские или осетинские, не очень-то Варя в этом разбиралась, как и в других национальных блюдах, но всё это хотелось съесть.

За столом было много людей, они одновременно разговаривали, что-то передавали, шутили, вокруг бегали дети, и было непонятно, где чей ребёнок, потому что каждый поочерёдно сидел на руках у кого ему захочется, и никто не отказывал в ласке, угощении и добром слове.

Не было никаких детских аниматоров, клоунов и прислуги, выстроенной вдоль стен, взрослые сами справлялись с детьми, мужчины подхватывали младенцев и отправлялись в ванную комнату в случае «аварии», а женщины не боялись испортить наряды от кутюр.

Там же, за столом, Варя увидела Лилю, которая смерила её уничтожающим взглядом, и Таню, та беззаботно улыбалась и была настолько красивой, что даже рябило в глазах.

— Ты же помнишь, что она вроде как дочь Лили? — спросил Стас, неуверенно глядя на Варю.

Та прекрасно всё помнила и иллюзий не питала. Тем более — сейчас, после хоть и небольшого, но общения с чадолюбивыми родителями Стаса.

Настоящее, неподдельное удивление Варвара испытала, когда увидела Арнольда и Любовь Белицких в колониальном интерьере этого дома. Она даже моргнула насколько раз и икнула для надёжности.

Гиорги и Ланческа встретили гостей сами, как и Варю, проводили к столу, представив просто «родители нашей Вари» и по именам, без отчеств и регалий, полагающихся в подобных случаях. Кто-то посмотрел с интересом, явно вспоминая, кто перед ними, кто-то не узнал. Племянник Гиорги и Ланчески — Максим, примерно ровесник Стаса, блондин с «фирменной» улыбкой Григорьевых, распалился в комплиментах Любови, как до этого Варваре. За что получил шутливое от Ланчески:

— Вертихвост.