Кошки-мышки

— Что, если я отвезу тебя обратно в Пилмьюир? Проверим, не будет ли слежки.

Она снова стала похожа на маленькую девочку, боящуюся темноты и привидений.

— Я буду с тобой, — добавил Ребус.

— А можно мне сначала…

— Что?

Она провела рукой по своей влажной одежде.

— …принять ванну? — Она робко улыбнулась. — Я понимаю, что это нахальство, но там в доме нет ни капли воды.

Ребус улыбнулся в ответ.

— Моя ванная в твоем распоряжении.

* * *Развесив одежду Трейси на батарее в холле, Ребус включил отопление.

Квартира быстро превратилась в сауну, и он попытался открыть раздвижные окна в гостиной, но безуспешно. Он заварил еще чаю, на этот раз в чайнике, и внес его в гостиную, когда услышал, что она зовет его. Выйдя в холл, он увидел в двери ванной ее голову, окруженную облаком пара.

— Полотенца нет, — объяснила она.

— Прошу прощения.

Достав из шкафа пару полотенец, он не без смущения просунул их в приоткрытую дверь.

— Большое спасибо!

Он поменял «Белый альбом» на еле слышный джаз и налил себе чаю, когда Трейси вернулась в комнату.

Маленьким полотенцем она замотала голову, в другое завернулась сама. Его всегда удивляло, как ловко это удается женщинам. Руки и ноги у нее были тонкие и бледные, но хорошей формы, а тепло ванной окружало все ее тело каким-то нимбом. Он вспомнил о ее фотографиях в комнате Ронни, потом — о пропавшем фотоаппарате.

— Ронни по-прежнему интересовался фотографией? Я имею в виду, в последнее время.

Слова подвернулись не самые удачные, но Трейси этого как будто не заметила.

— Думаю, что да. У него были большие способности, меткий глаз. Но ему не везло.

— А он старался?

— Еще как! — В ее голосе зазвучало негодование. Наверное, Ребус вложил в свой вопрос слишком много профессионального скептицизма, и Трейси это задело.

— Да, профессия не из простых.

— Некоторые знали, что Ронни очень способный, и им не нужен был конкурент. Потому и вставляли ему палки в колеса.

— Другие фотографы?

— Ну конечно. Когда Ронни только начинал этим заниматься, он плохо представлял себе, с какой стороны взяться за дело. Он зашел в несколько студий и показал свои работы. У него были действительно отличные снимки: всем знакомые места, обычные вещи, снятые под неожиданным утлом. Замок, статуя Уэверли, Колтон-хилл.

— Колтон-хилл?

— Ну, как там называется эта штука?

— Павильон?

— Вот-вот.