Корсар

Хотел в “Ржавую банку” отволочь, но до неё дальше, а он слишком сильно буянил, могли и в кювет вылететь.

— На байке, что ли, волок? — удивляется Брэйн, разминая шею. — Твою мать, здоровый он всё-таки бугай.

— Ага, конечно, — хмыкает Арчи и криво улыбается, — на байке мы бы до того света доехали быстрее, чем сюда. На фургоне нашем рабочем, пришлось спецом возвращаться за ним в мастерскую.

Брэйн стоит напротив, сложив руки на груди, и смотрит на лежащего на кушетке Роджера. Я присаживаюсь рядом на корточки и протягиваю руку, чтобы прикоснуться и ощутить его тепло.

— Ева, не трогай его лучше, — просит Арчи, касаясь моего плеча. — Он немного не в себе, сейчас двинет тебя, потом до смерти будет сам себя ненавидеть.

Отмахиваюсь от него, потому что знаю: в каком бы состоянии ни был Роджер, он не ударит меня. А если случайно? Ну и ладно, переживу.

Глажу по небритым щекам, провожу пальцами по линии носа, целую в искалеченный глаз. Он не шевелится, только глубоко и размеренно дышит, но, наверное, именно это ему сейчас необходимо.

— Чего он накидался так? — спрашивает Брэйн.

— А я знаю? Я приехал в “Бразерс” с одним заказчиком встретиться, а там шум, гам, переполох. Официанты бегают, глаза перепуганные. Говорят, мол, шеф с другом своим рыжим сначала дрался, а теперь заперлись и бухают.

— Ну и ты попёрся к ним? — хмыкает Брэйн.

— Само собой, буду я в углу отсиживаться. Да и любопытно.

— А Викинг что?

— Викинг тоже в сопли. Потому я рванул в “Ржавую банку” за фургоном и забрал оттуда Роджера.

Дальше не слушаю их болтовню, потому что совсем неинтересно, что там и как, главное, что расскажет мне Роджер, когда очнётся. Ничего не хочу знать, ни о чём думать. И вообще, была бы возможность, закрыла бы его от всего мира, потому что нутром чувствую, что ему больно. Не просто так он напился, не просто так дрался, что-то точно произошло. Только что?

— Ребята, может быть, домой его отвезём? — говорю, не обращаясь ни к кому конкретно. — Если это возможно, конечно…

— Слышь, Брэйн, вроде не дёргается?

— Я могу за руль сесть, — говорит Поля, — а вы его будете держать, если снова будет буянить.

— Он не будет, я уверена. — И ведь действительно верю в это. Может быть, я слишком много на себя беру, но почему-то кажется, что смогу найти способ его успокоить."

"Чтобы хоть чем-то занять дрожащие руки, поправляю куртку на Роджере, приглаживаю волосы и бороду. Он будет в порядке, что бы ни случилось. Сейчас моя очередь помочь ему.

31.