Корона из золотых костей

Я развернулась, и у меня упало сердце. Из густых теней под деревьями вышли по крайней мере две дюжины нападающих: половина – Незримые и половина – гирмы. Вольвены и остальные наши спутники быстро расправлялись с теми, что стояли на дороге, но подоспели новые, и один из наших, похоже, оказался ранен, а то и хуже.

Я этого не хотела.

Позже у меня будет время удивляться, как Незримые узнали, что мы поедем по этой дороге в Эваемон. И я, наверное, задумаюсь о том, как легко и быстро решилась обратиться к силе, нарастающей в груди.

Может, позже я подумаю о разговоре с Кастилом, когда сказала, что дала бы второй шанс тем, кто выступил против меня, но сейчас поступала совершенно противоположным образом.

Однако эти люди и существа пытались убить меня, так что, возможно, я не буду потом задумываться.

Я широко открыла чутье и выпустила обратное проявление моего дара – то, что забирает, а не дает жизнь.

Моя плоть заискрилась.

С кожи сорвались серебристо-белые угольки. Краем глаза я заметила, как Кастил шагнул назад, а вольвены отступили.

– Возьми их, девочка.

Я улыбнулась, и от меня потянулись растрепанные сверкающие нити. Кто-то ахнул – видимо, Незримый. Блестящая паутина света поползла от меня по земле сетью расходящихся прожилок. Несколько Незримых развернулись и пустились в бегство, но у них ничего не выйдет. Я об этом позабочусь.

Мысленно я увидела, как паутина света накрывает Незримых и гирмов, ломая и круша тела, а оружие падает из их рук на землю.

Над деревьями пронесся порыв силы, встряхнув листву, часть которой осыпалась. Паутины света поднялись и упали на Незримых и гирмов – и тех, что стояли на дороге, и ринувшихся к нам, и даже на тех, которые убегали.

С грохотом ломались кости, отрывались руки и ноги, изгибались спины.