Корона из золотых костей

– А я – нет, – проворчала она.

Мне стало интересно, что за беседу он имел в виду.

– Почему мы должны доверять этому предложению? – спросила я.

Кастил молча передвинулся и опять стал рядом со мной, отчего рыцари тоже шагнули вперед.

Йен поднял руку, останавливая рыцарей.

– Потому что Кровавая Корона не желает развязывать новую войну, – ответил он. – Которую вам не выиграть. Надеюсь, вы это понимаете.

– Мы бы с этим поспорили, – вымолвил Кастил.

– Вот как раз и поспорим. – Йен склонил голову. – Но вы должны знать: если вы придете с дурными намерениями, будете уничтожены не только вы, но и Атлантия – начиная с Предела Спессы.

Мое горло стянула ярость, и я вцепилась в руку Кастила. По нему пробегала легкая дрожь. Он наклонил подбородок, и черты его лица обозначились резче. Я сжала его предплечье, и он на миг опустил взгляд на мою руку, словно не зная, кто к нему прикоснулся. У него ушло несколько секунд, чтобы справиться с гневом.

– Кровавая Корона самоуверенна, – сказала я таким же безразличным тоном, как и Кастил в самом начале.

Учитывая то, что я и сама не знала, это был блеф.

– Сестра, – вкрадчиво произнес Йен, отчего у меня внутри все перевернулось. – У вас могут быть сотни тысяч солдат, половина из которых – вольвены крупнее тех, что стоят передо мной, но вы не одолеете то, что создала королева.

Сбитая с толку, я уставилась на него.

– Йен, а что создала королева?

– Надейтесь, что вы этого никогда не узнаете.

– А я хочу узнать, – настаивала я.

– Еще больше рыцарей? – Кастил бросил презрительный взгляд на тех, что стояли за спиной Йена. – Если так, то нам не о чем беспокоиться.

– Нет. – Йен продолжал улыбаться, а рыцари никак не отреагировали на выпад Кастила. – Выходцы – не рыцари. Они не Вознесшиеся, не смертные и не атлантианцы. Они гораздо более… уникальны.

Выходцы? Я понятия не имела, что это может быть.

– Мне пора уезжать.

Я подняла голову. Вес вольвенского кинжала напоминал о клятве, которую я дала себе, и об обещании Кастилу. Йен… больше не был моим братом. Иногда он прежний проглядывал, но эти секунды ничего не значили. Его больше не существовало.

Я бросила взгляд на рыцарей.