Королевство плоти и огня

Этот вольвен средних лет с черными и седыми дредами на голове был первым, кто об этом спросил.

– Говорят, ты всю битву сражалась рядом с ним.

– Я начала на Валу, но потом спустилась.

– И тем не менее пришла сюда. Пришла и целый день лечила раненых. – Взгляд его светлых глаз стал пронзительным. – Прикосновениями.

– Как я могла не прийти, если могу помочь?

И я помогла. Я мельком видела целительницу Талию – та по горло занята ранеными, которые отказались от моих услуг. После битвы я наскоро смыла кровь с лица и рук, хотя она по-прежнему покрывала коркой одежду и запеклась под ногтями.

Кивнув, вольвен выпустил мою руку и снова лег.

– Киеран сказал, что ты происходишь из рода эмпатов.

Я опять кивнула.

– Я раньше никогда не видел, чтобы эмпаты светились серебром. А я их помню. Я тогда был мальчишкой, а их оставалось совсем мало, но нечто подобное я бы непременно запомнил.

Интересно, сколько лет этому вольвену?

– Джаспер сказал то же самое, – заметила я.

– Ничего удивительного. Он многое чует. Только не чует, когда нужно держать язык за зубами.

Я устало улыбнулась.

– Это я уже слышала.

– Наверное, ты происходишь из какой-то старой линии эмпатов.

– Кем еще я могу быть? – спросила я, не ожидая ответа.

– Да, – проговорил он. – Кем еще?

Я оглянулась через плечо: между ранеными и теми, кто исцелялся самостоятельно, шли Квентин с Беккетом.

– Помощники несут воду и еду. Вам еще что-нибудь нужно?

– Нет. – Вольвен не сводил с меня глаз, пока я вставала. – Но ты должна быть осторожна, принцесса.

Я застыла.

– Я видел, как на тебя смотрят. Пусть наш принц и выбрал тебя. Пусть ты сражалась рядом с ним и за них. Пусть ты исцелила многих из нас. – Его голос звучал так, словно во рту перекатывались камешки. – Но они тебя не выбирали, и многие не настолько стары, чтобы вообще помнить эмпатов. Те же, кто помнит, знают, на что те были способны и какое прозвище носили.

– Пожиратели душ? Я на такое не способна. – У меня заколотилось сердце. – Я не умею вытягивать из людей эмоции.

– Но они этого не знают.

– Все хорошо. – Я мягко уложила его обратно. – Я вооружена и могу за себя постоять.

– Не сомневаюсь, но… – Его лицо напряглось, словно от боли, но я знаю, что у него ничего не болит. – Мне не следует это говорить. Проклятье, это почти предательство, но ты исцелила меня. Я перед тобой в долгу.