Королевство плоти и огня

А если партнер – смертный? Обычно смертному приходится подтвердить, что он не против, если партнер питается, а в некоторых случаях атлантианцы теряются во тьме голода. Вот почему он не питался.

Мое сердце заколотилось о ребра, и я сказала себе, что с Кастилом не может такого быть. Просто не может.

Киеран несколько минут молчал.

– Однажды Кас сказал мне, что, после того как он лишь пару раз поговорил с тобой, у него возникло ощущение, будто он тебя давно знает.

Я опять зарыла пальцы ног в песок.

– Я его об этом спрашивала.

– Меня прямо перекосило от удивления, – пробормотал Киеран, но когда я глянула на него, выражение его лица оказалось таким же, как обычно. Скучающим и слегка насмешливым.

Мои губы изогнулись, несмотря на все безумие нашей беседы, и я отвернулась обратно к полночно-черной воде, сверкающей на солнце.

– Он сказал, что, наверное, это его атлантианская кровь узнала мою.

– А ты почувствовала то же самое?

Я кивнула.

– Такое возможно?

– Возможно, – через мгновение ответил он.

"Я напряглась, чувствуя, что не хочу знать, о чем он подумал. Что это окажется чем-то еще более сокрушительным, нежели то, что он уже рассказал. Это окажутся слова, которые пробудят то, что я не смогу контролировать.

– Я думаю, что вы – сердечная пара.

Глава 24

Сердечная пара.

Киеран не объяснил, что это означает, а я не стала уточнять. Никогда о таком не слышала и не хочу знать, что это.

Мне вполне хватает размышлений о том, что Кастил ко мне неравнодушен, чтобы забивать голову еще одной непостижимой идеей.

Но то, что сказал Киеран, – все, что он наговорил, – витало надо мной весь завтрак, полностью лишая еду вкуса. Я все время переводила взгляд на белые знамена, развешанные на стенах обеденного зала на расстоянии шести футов друг от друга.

Я поняла, что смотрю на герб Атлантии.

Мы завтракали за узким столом в обеденном зале, который когда-то служил жителям Предела Спессы, а сейчас был пуст – за исключением Квентина, который принес нам яйца, хрустящий бекон и печенье. Он болтал с Киераном и казался таким же оживленным, что и вчера вечером.