Конец вечности

Хотят они жить возле Эритро — пусть живут возле Эритро.

— Но ведь это неразумно, Тамбор. Разве ты этого не понимаешь?

— Конечно, понимаю. Но Ротор почти весь свой век провёл возле громадной планеты. Роториане к этому привыкли и полагают, что иначе быть не может.

— Но ведь то была околоземная орбита. Эритро не Земля, она ничуть на неё не похожа.

— По размерам эта планета почти не отличается от Земли. На ней есть суша и море. Вокруг неё атмосфера, в которой присутствует кислород. Можно пролететь ещё тысячи световых лет, но так и не обнаружить мир, похожий на Землю.

Питт последовал совету Броссена, хоть в душе остался с ним не согласен. Новый Ротор строился на орбите возле Эритро, остальные два тоже. Однако проекты поселений в поясе астероидов уже были готовы и прорисованы на чертежах, но общественное мнение не торопилось давать санкцию на их сооружение.

Из всего, что произошло после открытия Немезиды, самой большой ошибкой Питт считал то, что Ротор остался возле Эритро.

Причина была в ностальгии. Люди хотели иметь возможность обернуться лицом к былому — нельзя же заставлять их смотреть только вперёд. Даже Броссена.

…Он умер семь лет назад. Питт сидел у смертного одра старика и слышал его последние слова. Броссен поманил к себе Питта, тот нагнулся к умирающему.

— Каким же ярким было Солнце Земли, — и умер.

Роториане помнили своё родное Солнце и зелёную Землю, а потому они решительно отвергли все аргументы Питта, всё-таки настояв на том, чтобы Ротор остался на орбите у совсем не зелёного мира, обращавшегося вокруг тусклой звезды.

Так было напрасно потеряно целых десять лет. Останься они в поясе астероидов, работы уже ушли бы вперёд на целое десятилетие — Питт не сомневался в этом.

Одного этого хватило, чтобы испортить отношение Питта к Эритро; однако с ней были связаны и обстоятельства худшие… куда более худшие.

Глава 12

Гнев

20

Так уж случилось, что Крайл Фишер дал землянам понять, что Ротор следует искать в неожиданном месте, а позже сумел и уточнить свой намёк.

Он пробыл на Земле уже два года, и Ротор постепенно уходил из его памяти.