Конец лета

– Динна?

– Марк, это ты!

Динна ошеломленно посмотрела на телефон, словно увидела призрак из прошлого.

– Не понимаю, чему ты удивляешься. Мы разговаривали не так уж давно.

– Нет, нет, извини, просто я... я думала о другом.

– Что-нибудь случилось?

– Конечно, нет. Как поживает Пилар? – Марку показалось, что Динна говорит как-то неуверенно, как будто не знает, что сказать. – Ты давно ее видел?

– Сегодня. Я только что вернулся из Антиба. У нее все хорошо, она передает тебе привет. – Ложь, но эту конкретную ложь он говорил часто.

Последнее предложение вызвало у Динны улыбку.

– У Пилар все в порядке?

Разговор с Марком вдруг напомнил ей о ее родительских обязанностях. С Беном Динна могла думать только о нем и о себе. Она думала о своих картинах и его галереях, об их ночах в одной постели, о том, как хорошо им вместе. С Беном она снова почувствовала себя женщиной, молодой женщиной. Но голос Марка вернул ее к роли матери. Казалось, об этой своей ипостаси она на время забыла.

– Да, у Пилар все в порядке.

– Надеюсь, она не купила себе мотоцикл?

В трубке повисло молчание. Пауза тянулась слишком долго.

– Динна...

– Марк, неужели купила? – Динна повысила голос: – Черт побери, она все-таки это сделала! Я так и знала.

– Динна, это не совсем мотоцикл, скорее это... – Марк пытался подобрать подходящее слово, но он устал и плохо соображал, да и Шанталь куда-то подевалась, это его тоже отвлекало. – Честное слово, Динна, тебе не о чем беспокоиться. С Пилар ничего не случится.

"– Твоя мать не видит, как она ездит, когда отъедет от дома. У нее не больше власти над Пилар, чем у меня или у тебя. Марк, я же тебе ясно говорила... – У Динны защипало в глазах от подступивших слез. Она снова проиграла им, вечно она проигрывает. Но на этот раз речь шла о настоящей опасности, о том, что может привести... – Черт побери, Марк, ну почему ты никогда меня не слушаешь?

– Успокойся, Динна, с Пилар ничего не случится.

Динна ничего не могла изменить, и она это понимала. Вопрос о мотоцикле Пилар был закрыт.

– Ничем особенным, – ответила Динна ледяным голосом.

– Я как-то раз позвонил, но тебя не было дома.

– Я теперь работаю в одной студии.

– Разве ты не можешь рисовать дома?

Судя по тону, Марк был раздражен и растерян. Динна закрыла глаза.

– Я нашла место, где мне удобнее работать.

Она подумала о Бене, и ее сердце бешено забилось.