Конец лета

Вдруг Марк прочтет ее мысли? Вдруг он знает? Что, если кто-нибудь видел ее с Беном? Что, если...

– Не понимаю, почему бы тебе не рисовать дома, особенно теперь, когда нас обоих нет? Откуда вообще взялась столь внезапная страсть к живописи?

– Что значит, внезапная страсть? Я рисую столько же, сколько и раньше.

– Право, Динна, я не понимаю, – произнес Марк таким тоном, что у Динны возникло ощущение, что он дал ей пощечину.

– Мне нравится моя работа.

Динна понимала, что провоцирует Марка, но сейчас ей было все равно.

– Не думаю, что тебе стоит называть это занятие работой. – Марк вздохнул и посмотрел на часы.

– Я называю это работой, потому что это и есть работа. В следующем месяце в галерее будет моя выставка.

Голос Динны зазвенел, она понимала, что бросает Марку вызов, ее сердце билось все чаще и чаще. Марк долго не отвечал. Наконец он сказал:

– Что-что будет?

– Моя выставка. В галерее.

– Понятно. – В голосе Марка послышалась неприятная насмешка. На какое-то мгновение Динна его по-настоящему возненавидела.

– Возможно, пойдет.

«Бревно бесчувственное! Он никогда меня не понимал!»

– Неужели это так необходимо – устраивать выставку, чтобы настоять на своем? Может, обойдемся без этого? Можешь работать в этой своей новой студии, если тебе так хочется.

«Спасибо за разрешение, папочка».

– Эта выставка для меня очень важна.

– В таком случае отложи ее на время. Я вернусь, и мы все обсудим.

– Марк.

– Отлично, только отложи ее до осени.

– Зачем? Чтобы ты мог меня отговорить, когда вернешься?

– Я не буду тебя отговаривать. Поговорим об этом, когда я вернусь.

– Выставку нельзя откладывать, я и так уже ждала слишком долго.

– Знаешь, дорогая, для капризов ты уже слишком взрослая, а для менопаузы еще слишком молодая. По-моему, ты ведешь себя крайне неразумно.

Динне хотелось ударить мужа, но одновременно ей хотелось рассмеяться ему в лицо.

– Может быть, ты и прав. Давай сделаем так: ты занимайся своим процессом в Афинах, а я буду делать со своими картинами то, что считаю нужным. Осенью увидимся.

– Это что, твой способ сказать мне, чтобы я не лез не в свое дело?

– Возможно. – Динна неожиданно осмелела, такого с ней не бывало уже много лет.