Конец лета

– В такой час?"

"Марк посмотрел на наручные часы и кивнул. В Европе сейчас восемь утра, так что, вероятнее всего, звонят ему. Он снова сел на кровать рядом с женой. Такой умиротворенной Марк не видел Динну уже несколько недель. Он улыбнулся и снял трубку.

– Слушаю.

В трубке послышался обычный для международного звонка треск. Марк ждал, предположив, что у кого-то из клиентов возникла срочная потребность в его услугах.

– Марк-Эдуард?

Это была Шанталь, ее голос дрожал от отчаяния. Марк почувствовал, что бледнеет.

– Да, в чем дело? – Марк разговаривал с ней не далее как сегодня утром, что ей понадобилось, почему она звонит ему домой? Он уже пообещал, что через пару недель прилетит в Европу. Марк был уверен, что сможет уехать от Динны сразу после Дня благодарения, к тому времени можно будет считать, что он выполнил свой долг – пробыл с ней в Штатах два с половиной месяца. – Что-нибудь случилось?

– Да.

– Merde[14]! – Марк закрыл глаза, Динна видела, что он нахмурился. – Что на этот раз? Опять то же самое?

– Нет, я ошиблась в дозе инсулина.

– Это невозможно. – «Ты никогда не ошибаешься, разве что нарочно», – мысленно добавил Марк. Он Хорошо помнил ту ночь в больнице и свой страх. – После стольких лет нужно знать... – Марк мысленно выругался. Разговаривая с Шанталь под взглядом Динны, он чувствовал себя на редкость неловко.

– Я не знаю. – Шанталь помолчала. – Ох, Марк-Эдуард, ты мне очень нужен. Ты не мог бы приехать домой? Ну пожалуйста!

«Проклятие, ну как я могу обсуждать это сейчас?!»

– Я не могу сейчас правильно оценить ситуацию, у меня нет при себе необходимых бумаг. Предлагаю обсудить этот вопрос завтра, когда я буду в офисе.

Марк взял телефон, встал с кровати, пересек спальню и сел на стул. Динна снова взялась за книгу, которую читала до его прихода.

Но Марку отнюдь не было скучно. Когда он предложил перенести разговор на завтра, Шанталь взвизгнула:

– Нет! Не смей от меня отмахиваться!

– Я не отмахиваюсь, просто не знаю, когда это будет возможно.

– Тогда разреши мне приехать к тебе. Перед отъездом ты обещал, что, если ты не сможешь вырваться, мне можно будет приехать к тебе.