Когда землю укроет снег

— Замрите и не двигайтесь, — быстро повернувшись, ответила я, всеми силами стараясь смотреть ему прямо в глаза.

Но обнаженный торс заметить все-таки успела. Думать о том, что там ниже, не хотелось. Точнее, очень даже хотелось, и глазки опустить тоже, но я смогла сдержаться."

"— Ведьма, ты что задумала? — даже в темноте я увидела настороженное выражение на его лице. Надо же, есть хоть что-то, чего этот перевертыш не знает.

— Вот это. Боги, помогите, — выдохнула и, сделав шаг, обхватила его голову руками и впилась в губы жарким поцелуем.

Мне казалось, что губы должны быть мягкими. По крайней мере, мой небольшой опыт с Томом показывал, что мужские губы, точно как и женские, мягкие. Нет, у перевертыша они тоже были мягкими и в то же время твердыми. Странное сочетание, но времени на раздумья у меня не было, надо было вернуть ему часть силы. Был бы перевертыш полноценным магом, все было бы гораздо проще — я открылась, он коснулся и взял столько, сколько надо.

В нашем случае все было сложнее, силу мне необходимо было буквально втолкнуть в него, заставить взять. Плохо было то, что эта меховая громила еще сопротивлялась.

А ведь я, честно, очень старалась. Открыла на максимум магические потоки, расслабилась, стараясь не думать ни о чем постороннем, чтобы прочувствовать пульсацию магии внутри себя… Но вот с последним пунктом было сложно. Вот как я должна сосредоточиться, когда уже не я его целую, а он меня? Жадно сминает губы, до боли схватив за плечи.

И еще что-то твердое весьма недвусмысленно упирается мне в живот. Собственно, чего это я. Большая уже девочка и отлично знаю, что именно ко мне прижимается. По крайней мере, ответ на один вопрос я знаю: штанов на нем нет. А если так дело и дальше пойдет, то и на мне тоже скоро их не будет.

Вот о каких магических потоках и подпитке можно думать, когда у меня голова начала кружиться, а руки так и чесались то ли стукнуть его и влепить пощечину, то ли схватить за шею и прижать к себе еще сильнее.

И в этот самый момент, когда я уже была готова спасаться бегством, перевертыш неожиданно внутренне раскрылся. И магия, повинуясь моему мысленному приказу, резко хлынула в него. Снежный застыл, слегка дернулся и прекратил поползновения в сторону моих ягодиц. Рефлекторно попытался закрыться, но поток был слишком сильный, и все, что ему оставалось, — это тяжело дышать и принимать мой дар.