Когда землю укроет снег

 — Значит, не скажешь?

Вздохнул и склонил голову:

— Это не имеет смысла, Миа. Все в прошлом.

— Я знаю, — подавив зевок, ответила ему, удобнее укладываясь на подушку. — Но думала, что… Ладно, неважно. Это твое право, говорить или нет.

Барс помолчал. Но когда я уже почти провалилась в сон, где-то на краешке сознания отчетливо услышала, как он, невесомо поцеловав в макушку, тихо произнес:

— Ксандер… Когда-то меня звали Ксандер.

Когда я проснулась в следующий раз, Ирбиса уже не было.

Последние мгновения неги и покоя.

"Никого. Все еще не веря, распахнула глаза и быстро села в кровати, рассматривая пустую постель.

Ушел. Волшебство ночи исчезло, оставив лишь страх и тревогу. Я понимала, что он поступил правильно. Слезы и бабские истерики плохо настраивают на поединок, но успокоиться не могла. Страх липкой змеей прокрался к сердцу, мешая думать здраво.

В комнате было светло. Яркое, но холодное осеннее солнце уже взошло, и за окном слышалось мелодичное пение птиц и приглушенные голоса слуг, что суетились во дворе, занимаясь повседневными делами.

Откинув за спину длинные волосы, потерла виски. Успокоение не приходило. Наоборот, с каждой секундой становилось все тревожнее.

Как он там? Начался бой или еще нет? Если начался, то…

Нет, так не могло продолжаться. Мне надо было видеть все своими глазами. Все доводы, которые приводил мужчина, просто вылетели из головы.

Откинув в сторону одеяло, быстро поднялась.

— Доброе утро.

— Доброе, — я привычно присела, раскрыв объятья и наслаждаясь теплом родного человека. — Ты уже проснулся?

— Да. Мэри помогла мне одеться. Там принесли завтрак, и Ульф уже ждет.

— Ульф?

Сердце словно пропустило удар. Неужели я все проспала и поединок уже закончился? Он пришел для того, чтобы сообщить мне… Нет, этого не может быть.

— Да. Он сказал, что тебе надо одеваться, завтракать, и мы пойдем гулять.

— Гулять, — тихо повторила за ним.

— Давай собираться. — Киан выскользнул из моих объятий и закружился по комнате. — Там солнышко и небольшой мороз. А снега еще нет.

— Да, сейчас, — быстро поднявшись с колен, улыбнулась сыну и направилась в сторону шкафа.

Угрызений совести по поводу того, что Ирбис меня одевал, обувал и кормил, не было.