Кодекс Вещих Сестер

Отвечать на них Седачеву не хотелось. Единственное, что его сейчас волновало, – пустой желудок. За время путешествия Антон основательно проголодался. Он решил сначала зайти в «Одноглазый валет», а затем отправиться на вечеринку в кинотеатр. Если повезет, она еще будет в самом разгаре.

Антон вошел в кафе и взобрался на высокий стул у барной стойки. Официантка Галина приняла его заказ – большую кружку кофе и пару заварных пирожных, – а пока она его исполняла, Антон, чтобы убить время, решил все же проверить сообщения на телефоне.

«Где ты?» – писала ему Милана.

«Чувак, срочно перезвони!» – вторил ей Сергей Бельцев.

Куча неотвеченных звонков с каких-то незнакомых номеров. Что происходит? В академии выходной, преподаватели не должны были его потерять.

Вскоре ему принесли заказ. Антон глотал горячий кофе и вполуха слушал Тараса Стахеева, который болтал со своим приятелем, работающим в местной газете.

– Я рассказывал тебе, что Пивоваров устроился к нам на работу? – спросил Виктор Щеглов.

– Отец убитого мальчика? – удивился Тарас. – С чего это вдруг? Мне он показался таким дерганым… Я думал, он быстро отсюда слиняет.

– Решил разобраться в этой истории самостоятельно. Но мне этот тип нравится. Очень въедливый и пытливый журналист. К тому же если он раскопает это дело, я первый опубликую эксклюзивный материал. Выгода со всех сторон, как ни крути.

– Ты только о выгоде и думаешь, – расхохотался Стахеев."

"– Все мы о ней думаем, – подмигнул ему Щеглов. – А кто утверждает обратное – просто жалкие лгуны!

Дверь кафе за спиной Антона отворилась, в тишине звякнул колокольчик.

Все вокруг было пропитано таким покоем и умиротворением, и Антон не сразу понял, что у него в кармане зазвонил телефон.

Ну вот, начинается светская жизнь!

– Жалуйся, – ответил на звонок Антон.

– Наконец-то! Ты где сейчас?! – раздался взволнованный голос Бельцева. В трубке раздавался треск.

– В «Одноглазом валете». Приходи тоже, мне скучно.

– Быстро убирайся оттуда! Мы сейчас в кинотеатре, дуй к нам! Тебе нельзя оставаться одному.

– Почему? – не понял Седачев. – Что стряслось?

– На меня и Милану уже покушались.