Книга 3. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны

Я снова заготовил на миллиметровке детальное расписание всех операций, привязанных к московскому времени.

В зале управления мельтешило много народу. Тут были непосредственно занятые, «болельщики», не участвующие в работе, и просто переживающие. Появился даже представитель Крымского обкома.

Королев, оценив обстановку, подозвал начальника пункта полковника Бугаева, Рязанского, Богуславского, меня и громко, так чтобы все слышали, объявил:

– Всем, не участвующим в этом сеансе, выйти в соседние комнаты – там будет вся информация.

Все было ясно. Сняв пиджак, СП остался в шерстяной рубашке, которую иногда называли королевской формой.

– Садись рядом, клади расписание и негромко будешь комментировать.

Келдыш и Тюлин пристроились за соседним рабочим столом. Богуславский с микрофоном в руке ходил по залу и давал последние указания.

6 декабря 1965 года в 22 часа 30 минут Богуславский, явно волнуясь, почти торжественно среди наступившей тишины отдал команду № 17:"

"– Включить бортовой передатчик.

Последовали доклады:

– Идет прием чисел… Идет контроль уставок… Включена телеметрия пятой ступени…

В 22 часа 44 минуты три раза подали команду «разрешение на запуск бортовой программы – построение лунной вертикали».

– Есть включение САН… Есть включение точной телеметрии… Есть успокоение объекта… Идет прием чисел контроля отработки уставок… Закончен поиск Солнца… Идет поиск Луны…

Королев, чуть вздрагивая при каждом докладе, ставил галочку и сверялся со временем.

– Пока идем точно по графику – поиск Луны идет вращением всего объекта относительно направления на Солнце.

– Понимаю. Не надо лишних слов, – проворчал Королев.

В 23 часа 30 минут начали поиск Земли и САН перешла в прецизионный режим.

В 23 часа 51 минуту 06 секунд последовал торжественный доклад:

– Есть фиксация лунной вертикали.

Королев вздрогнул. Это было место, на котором мы сорвались в прошлый раз.

– Пронесло, – сказал я.