Княжна

Если он останется живым, после удара пушек. Мало того, – посмотрел на Бояна, — объявите дружине и радимичам, за ярла Бьёрна, он же ярл, Гуннульв? — Тот кинул. — За живого ярла Бьёрна награда две золотых гривны и бутылка огненной воды! Лично из рук князя и его благодарность.

— Сделаем! — Усмехнулся Боян. Гуннульв, Сигурт и Рольв оскалились волчьими улыбками.

— Боян! Ещё, в резерв две дополнительные сотни на левый фланг и малое орудие. Нам готовят удар засадного полка туда. Вот и встретим их сначала картечью, потом в копья.

— Да княже.

— И сам в бойню не лезь!

— Это как? Что обо мне скажут, княже?

— Боян! Ты мой главный воевода. Воев и так хватает. Короче, лезть в битву запрещаю. Это моя воля.

Мстислава засмеялась. Все на неё посмотрели удивлённо.

— Дядюшка, не серчай. Ярослав меня вообще пригрозил связать, даже стражу приставил. Вон, Избор стоит. Следит, чтобы я от возка не отходила.

Нурманы заржали! Боян смотрел на княгиню удивленно, потом ответил:

— Так тебя и нужно связать! Правильно князь сказал.

Я бы ещё и по мягкому месту добавил. Это что ещё удумала, дочка? Научил на свою голову саблей махать! Но я то муж, а не баба! Мне в бою надо быть, со своими кметями!

— Привыкай, дядюшка. Слово Ярослава — закон! — Княгиня раскраснелась, улыбаясь, показывала две полоски белоснежных зубок в обрамлении алых губ. Засмотрелся на неё. Так захотелось прижаться к этим устам. Стряхнул наваждение.

— Так! Все по своим местам. Мизгирь!

— Я здесь, княже!

— Орудия начинай выдвигать на дистанцию стрельбы. Пушкарей прикрыть щитами.

Малое орудие на левый фланг. Гуннульв, Сигурт, своих держать, пока пушки не отработают. Понятно?

— Понятно. Мы не полоумные попадать под их дроб.

— Ну что же, тогда начали. Боги с нами, так кто против нас?

Народ взревел. Как же, такое заявление тут впервые. А то что боги с нами, они даже не сомневались. Сами всё видели. И сейчас это подхватят в дружине. Боевой настрой это уже пол победы. Бросил взгляд на жену. У этой, глаза сверкали как две звезды. Мстиша вообще не сомневалась во мне.

Забили барабаны. Строй сдвинулся. Но шли медленно, даже нурманы. Пушкари с выделенными дружинниками, толкали сами вперёд. Широкие полозья не давали провалиться в снег. Со стороны полян полетели стрелы. Но дружина приготовилась, прикрылись щитами. Упорно приближаясь к полянам. Барабаны отбивали дробь. Напряжение нарастало. Воздух казалось сгустился. Приблизились на двести шагов. Начали работать наши лучники. Эти били не в разнобой как поляне, а залпами.