Княжна

Не позволяла мне выйти из неё, удерживая меня руками, вцепившись в мои ягодицы. Какой раз я её наполнял своим семенем, но ей было мало. Извиваясь подо мной или уложив меня на спину, двигалась на мне, целуя меня, облизывая и слегка покусывая. Или встав на колени и уперевшись руками в ложе, требовала и в тоже время умоляла взять её сзади. При этом проявлять даже жесткость, сильно сжимая её груди или запрокидывая её голову за волосы, делать быстрые и сильные толчки. Когда мы в какой раз замерли расслаблено, всматривался в её лицо.

— Тебе не тяжело держать меня на себе, Мстиша? Я ведь тяжёлый.

— Нет, любый мой. Мне приятна твоя тяжесть. Ощущать тебя на себе и в себе, вдыхать твой запах. — Она оплела мои ноги своими, а мое тело руками, просунув их подмышками и сцепив на моей спине.

— Скажи, маленькая, а чего это ты сегодня такая неутомимая? Одержимая даже. Нет, у нас с тобой и до этого были бурные ночи и не только ночи. Но сегодня, ты превзошла себя.

Мстислава открыла глаза, глянула на меня. В её глазах вспыхивали огоньки. Или это были всего лишь отблески языков огня, горевшего в чашах светильников?

— Да, я чувствую прилив сил. Ярослав, ладо мой. Я поняла, что нет ничего слаще, как любить своего мужчину на ложе поверженного врага. Один враг уже издох. Черед следующему. Скажи муж мой, почему ты сохранил жизнь этому ребёнку? В нём течёт кровь Радогоста.

— Именно поэтому и сохранил. Ты воспитаешь эту девочку так, как нам нужно.

— Ты как всегда прав, ладо мой. Да, я воспитаю её так, как нам нужно. — Она улыбнулась. — Радимичи станут нашими. Ручными. И пойдут в бой на нашей стороне.

— Конечно. Плюс я повяжу их кровью, кровью полян.

— Ты не пойдёшь сейчас на полян? — Спросила меня жена.

— Зачем? У нас и так добычи достаточно.

— Ярослав. Я хочу тебе кое-что сказать. В это время в Киеве скапливается огромная дань, которую собирают хузары с покоренных ими славянских племён. Это меха, мёд, зерно, много ещё чего. Рыбий зуб, который везут с севера и серебро.