Княжна

Пусть попарят вас и ублажат!

Банда взревела!

— Мизгирь!

— Я здесь, княже!

— Орудия на прямую наводку. Ядрами, разбей ворота, Надвратную бвшню. Бей в углы башни.

— Понял.

Боевые расчёты вытащили орудия на стрельбу прямой наводкой. До стен Чернигова было около трехсот пятидесяти — четырёхсот метров. На полигоне мы и то больше дистанцию выдерживали. Я не вмешивался. Мизгирь всё сам должен был сделать и его подчинённые под его руководством. Даже восьмидесятку зарядили ядром. Пусть ядра каменные, это ерунда. Дай только время и будут чугунные.

Мизгирь поколдовал над одним из больших орудий.

— Выстрел! — Рявкнул он и ткнул крюком с горящей паклей в запальное отверстие.

«Буууммм», грохнула пушка, откатываясь немного назад на полозьях. Мы с Мстишей, Бояном, нурманами и другими, кто был в курсе, прикрыли уши ладонями. Но всё равно по ушам ударило. Облако дыма, стало сносить ветерком в сторону. Ядро попало в одну из створок ворот. Полетели куски дерева. В воротах образовалась не большая дыра. Одна из толстых дубовых досок была разбита.

— Мизгирь, бей в стыки, в замки венцов.

Грохнула вторая пушка и ядро разбило левый нижний венец надвратной башни.

— Молодец, продолжай так же!

Опять грохнуло. Это уже восьмидесятка. От надвратной башни полетели куски дерева.

В следующий раз отольём стопятидесятку и двухсотку. И надо бы гранаты сделать, что бы стрельнул из орудия и попав в цель разорвалась. Но сдесь мощную надо взрывчатку. Черный порох не так хорош. Ладно этим потом займёмся. Два часа обстрела и надвратная башня стала разваливать.

Её покосило, брёвна потерявшие опору, так как угловые замки их венцов были разбиты. Потом в щепки разнесли ворота и всё рухнуло.

Войско взревело. Глаза воев горели дьявольским огнем. Огнем убийства и поживы. Они приготовились.

— Мизгирь. Заряжай все три орудия каменным дробом. Будем чистить путь!

Пушкари умело банили орудия. Потом перезарядка.

Дружина выстроилась в колонну. Первыми рвались нурманы. Чёрт с ними пусть идут. Прикрывая пушкарей щитами начали движение к стенами.

Пушки двигали ближе к стенам. На расстоянии двести метров, два больших орудия произвели по выстрелу поверху частокола с обеих сторон от ворот, срубая и раскалывая заостренные концы брёвен, убивая и калеча защитников. Третье малое орудие пододвинули ещё вперед метров на двадцать. На развалинах ворот и надвратной башни, показались защитники во главе с Радогостом.

— Вторуша, винтовку! — Рявкнул я. Пацан моментально нарисовался рядом.