Княжна

Целовал Мстишу в макушку, в лицо, в губы. Потом стал осматривать. У неё по шее бежала кровь. Но рана была небольшая. Только кожа немного порезана. Её всю трясло.

— Мстиша! Что ты тут, чёрт возьми, делала?

Но она ничего мне не отвечала, только дико смотрела на меня. Похоже, не пришла в себя ещё от шока. Потом начала сползать на землю. Я подхватил её на руки. Побежал с ней на подворье, в избу, куда сносили раненых. Она была без сознания. Положил её на топчан. К нам сразу кинулись девушки и та женщина, которая кричала княжне, чтобы она вернула меня, тогда, на следующий день, как я попал в этот мир.

Это ведьма, понял я. Её так назвала Мстислава.

— Посмотрите, пожалуйста, что с ней? — Я смотрел на женщину умоляюще. Она ощупала шею, потом лицо. Взглянула на меня:

— Иди на стены князь, с ней всё будет хорошо. Прогони поганых.

Еще раз взглянув на княжну, в порыве наклонился и поцеловал её в губы и выбежал на улицу. Нурманы и подоспевшие княжьи дружинники добивали последних людей Бронислава. Им удалось пленить несколько человек.

— Конунг! Прости, что за твоей женой не углядели. Шустрая она у тебя. Да и на этих трэллей отвлеклись.

— Всё нормально. Но в следующий раз будьте внимательны. Кого взяли?

— Вон, один сотник, его имя Добрыня и с ним ещё пятеро.

— Добрыню и остальных связать и в поруб. Мы с ними пообщаемся очень предметно. — Я зловеще оскалился. Викинги тоже. Пленные попытались вжаться в стену, ограждающую княжье подворье от остального города."

"Взбежал на башню. На вопросительный взгляд Бояна ответил, что с ней всё хорошо.

Жива. Он облегчённо вздохнул. Я опять рассматривал в оптику врага. Хузары пытались заставить идти воинов на новый приступ, но те отказывались, особенно из числа полян и радимичей. Что ушлёпки обосрались? Правильно. И тут увидел главного среди хузар. Военачальник в богатой броне, кричал на сотников и тысячников. Хлестал их плёткой. Поймал его в сетку прицела. Выстрел. Но в последний момент он отклонился немного и пуля ударила его в правую сторону груди. Он слетел с коня. Я тут же стал отстреливать тех, кто был рядом с ним. Один, два, три, четыре. Наконец народ понял, что находиться с поверженным военачальником крайне опасно для жизни и стали разбегаться. Так же увидел переговорщика. Этому отстрелил ногу. Он, упав на землю, орал как недорезанный поросёнок.

— Боян! Выводи конницу. Сейчас мы их уроем окончательно.

Воевода побежал вниз. Услышал его зычный голос.

— Княже! Нурманы возвращаются! — Крикнул кто-то из кметей.