Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Если же мы перекинем свои войска в приграничные крепости, то весной они окажутся отрезанными от остальной части страны раскисшими дорогами, которые сильно затруднят подвоз припасов и резервов. В текущей ситуации всякие разговоры о переустройстве мятежного герцогства лично я стал бы считать изменой королю и попыткой вбить клин между верными вассалами в преддверии вражеского вторжения.

— К тому же, полагаю, нам не помешает помощь человека, за полтора месяца усмирившего мятеж с не очень большим отрядом, хотя остальные требовали год и всю королевскую армию, — хмыкнул король.

Герцог едва заметно поморщился — молод король, горяч. Зачем было наступать на мозоль всем этим аристократам? Они это запомнят и при случае напомнят. Королю вряд ли что рискнут сделать, а вот Вольдемару его величество жизнь осложнил.

— Всё так серьёзно, — спросил король, когда совет закончился так и не придя ни к какому решению.

— Да, Ваше Величество. Пока не совсем ясно почему Эрих решил переправить армию в преддверии зимы, а не весной, но вряд ли он это сделал просто так.

— А герцог Торенды?

— Здесь вам лучше поговорить с графом Танзани, но не думаю, что в эту кампанию он реально сможет чем-то помочь. Ему понадобиться минимум полгода, чтобы разобраться с делами герцогства и окончательно привести её к покорности. Без этого убирать оттуда его армию равносильно снова отдать герцогство мятежникам. Хоть те и лишились вождей, но желающие снова побунтовать найдутся.

— Насколько только верны будут эти люди, — буркнул Артон.

— Полагаю, будут, ваше величество. Им деваться некуда — только так могут заслужить ваше прощение. А отличившихся в будущих боях можно и наградить. К тому же они будут не в одном отряде.

— Ладно, герцог, оставляю этот вопрос на твоё усмотрение.

— Да, ваше величество.

— Но что же нам делать с новым герцогом… хоть граф Танзани и считает, что он верен короне, но и оставлять его без присмотра не стоит…

— Так пусть граф и вернётся туда и будет вашими глазами у герцога.

К удивлению герцога Алазорского граф Танзани не стал возражать, когда король через несколько часов озвучил это пожелание. А когда они остались наедине с несвойственной ему откровенностью заметил:

— Знаю, что вы зачем-то пытаетесь меня убрать подальше от короля, ваша светлость. Только сдаётся мне в этот раз вы сами себя перехитрили.