Князь Владимир

На ее красивом лице проступило отвращение.

– Ты? У тебя руки по локоть в крови моего мужа!"

"Владимир засмеялся. В чреслах потяжелело, налилось горячей кровью. Чувство ярой силы было таким, что ноги сами двинулись к ней. Испуг на ее лице перешел в ужас.

– Да, но в этих руках – ты.

В ее расширенных глазах ужас перешел в панику. Похоже, только сейчас ощутила свое настоящее положение. Там, дома, – утонченное коварство, яды, сладкие слова и удар кинжала в спину, у варваров – честные глаза, грубая схватка грудь в грудь, верность слову и долгу.

– Раздевайся, – велел он хищно. – Хочу зреть твою наготу.

Тавр поднимался по лестнице, искал князя, когда в дальнем конце коридора распахнулась дверь. Владимир вышел, на ходу застегивал пояс. Рубашка на груди распахнута. Черные глаза хищно блестят.

Тавр восхищенно покрутил головой:

– Уже успел?

– Это дело нехитрое.

– Хоть стоило портки снимать?

Владимир пожал плечами:

– Теперь скажу, не стоило. Я всегда потом вижу, что не стоило… А когда внизу жжет, то это уже не я, а какая-то тварь в весеннем гоне! Юлия была хороша, кто спорит? Но не хуже и служанка, что некстати забежала в спальню…

Тавр захохотал, в глазах были зависть и восхищение. А Владимир лишь отмахнулся:

– А насчет портков… я их не снимал. Чаще всего я даже сапог не снимаю. Слушай, быстро составь списки тех, кто наслал печенегов на моего отца! Смерть великого князя должна быть отмщена.

– Уже составил, – ответил Тавр буднично.

– Молодец, – вырвалось у Владимира. – Ты впрямь на два шага вперед меня зришь!

– Ты просто забыл распорядиться, – пояснил Тавр скромно. – А сейчас, пока не поздно, убери из этого списка тех, кто… ну, кто может понадобиться.

В списке было около десятка имен. Владимир быстро пробежал взглядом по подвешенным строкам:

– А где Осинник, Твердоглаз, Рыбарь?

– Они… с печенегами не общались вовсе.

Владимир взглянул остро:

– Христиане? Народ поверит, что и эти с предавшими моего отца.

Тавр молча дописал троих, подумал, добавил еще пятерых от себя. Они тоже христиане, но главное – владеют землями, угодьями, домами, складами, у них тысячи холопов. Но еще хуже того – с их мнением считаются как в Киеве, так и в соседних землях.

Владимир снова взял лист, что-то вспомнив, одно имя решительно вычеркнул:

– Волчий Хвост – опытный воевода.