Князь Владимир

Его впустили без расспросов, помогла одежда ипасписта. Правда, его пошли сопровождать два стража.

Тюремщик, гремя ключами, отпирал одну дверь за другой. Они прошли три-четыре коридора, прежде чем открылся ряд одинаковых дверей с решетками на крохотных окошках. Тюремщик заглянул в одно, другое, хлопнул себя по лбу:

– Постой… Его ж увели еще днем!

– Куда увели? – насторожился Владимир.

– Известно куда, – ухмыльнулся тюремщик. – Куда всегда уводят. Отсюда только два выхода: в пыточную камеру или на плаху. Иных – вешают.

Владимир в страхе и гневе ухватился за рукоять меча. Вспомнился печальный взгляд викинга. Как чувствовал, что больше не увидятся.

– Где начальник тюрьмы?

– У себя…

– Веди! Бегом!!!

Он понесся по коридорам, лестницам и переходам как ураган. Людей отшвыривало к стенам, едва не размазывая, на всем протяжении его бега. За ним оставался крик, проклятия, ругань, угрозы, гремело оружие. Он ворвался в покои начальника тюрьмы… и остановился как вкопанный.

В роскошно убранном зале на широкой скамье с резной спинкой сидели двое. Очень красивая юная девушка, она смеялась и с преданным восторгом смотрела на Олафа. Тот, сытый и довольный, как кот у горшка сметаны, что-то важно рассказывал, показывал кулаками, как кого-то изничтожал, давил, вбивал в землю по уши, а осчастливленный император заглядывает ему в рот.

Оба с неудовольствием оглянулись на грохот. Владимир, хватая ртом воздух как рыба на берегу под жарким ромейским солнцем, прохрипел:

– Зараза… хаханьки ему… а тут…

Олаф помахал ему рукой:

– Вольдемар!.

Девушка мило улыбнулась Владимиру. Она была выше среднего роста, хотя рядом с Олафом выглядела карманной, с прямыми сильными плечами, Олаф высился рядом с ней как скала.

– Здравствуйте, Вольдемар.

Голос ее был музыкальный, женственный, но сильный. Взгляд карих глаз был чистый и смелый. Таких женщин Владимир встречал только в селах и маленьких городах, где у женщин больше свободы и где могут и вынуждены бывают за себя стоять, не ожидая помощи от городской стражи.

За спиной Владимира появились вооруженные люди. Феора не успела рта раскрыть, как Олаф небрежным жестом отослал их прочь. Но что совсем сразило Владимира – викинга послушались беспрекословно. А когда кивком Олаф развернул одного и заставил вернуться с подносом, где исходили паром жареные перепелки, Владимир ошалел вовсе.